«Не плачьте, Ангел надо мною»
Церковь и общество

«Не плачьте, Ангел надо мною»

3 октября 2019 года в 09:05
258

В ХIХ столетии о нём не знал, как теперь принято говорить, только ленивый. И не только в златоглавой Москве, столичном Санкт-Петербурге или губернском городе Смоленске, где родился этот праведной жизни человек, пострадавший за свою любовь к ближнему...

О нём рассказано в произведениях выдающихся русских писателей той эпохи как под фактическим, так и под вымышленными именами. О нём писали Ф.М. Достоевский в «Бесах», Н.С. Лесков в «Маленькой ошибке», А.Н. Островский в «Женитьбе Бальзаминова», Л.Н. Толстой в «Юности». Сохранились свидетельства о том, что к нему в Преображенскую психиатрическую больницу приезжал за разрешением своих сомнений при выборе тома «Мёртвых душ» Н.В. Гоголь, но по какой-то причине так и не решился войти...

Имя этого человека – Иван Яковлевич Корейша. Хоть он жил и умер в XIX веке, православный народ почитает его до сих пор. А на днях, 20 и 21 сентября 2019 года, в исторической резиденции Московских митрополитов в Черкизове состоялась конференция «Жизнь и подвиг Иоанна Яковлевича Корейши».

Конференция в Москве

Конференция была организована с целью популяризации подвига Ивана Корейши, смоленского Христа ради юродивого, почитаемого многими современниками в качестве блаженного, но не канонизированного Русской Православной Церковью, а также для сбора исторически достоверной информации о его жизни и свидетельств о молитвенной помощи этого угодника Божия.

В конференции приняли участие преподаватели и студенты Смоленской духовной семинарии и Смоленского государственного университета, сотрудники Смоленского епархиального управления, а также историки и агиографы Москвы и Подмосковья.

Участники конференции познакомились с исследованиями о периоде жизни И.Я. Корейши на Смоленщине, изучили причины и обстоятельства его пребывания в Преображенской больнице, рассмотрели исторические факты его общения с духовенством.

От смоленской делегации были представлены доклады: «Подвиг юродства как аксиологический и нравственно-психологический феномен», который сделал проректор Смоленской семинарии по научной работе игумен Тарасий (Ланге); «В.Е. Захаров – исследователь жизни И.Я.Корейши» – эта тема была представлена доктором филологических наук, профессором Смоленского государственного университета Ириной Викторовной Романовой; «Из истории села Иньково Поречского уезда – родины И.Я. Корейши» – доклад на эту тему сделал кандидат богословия, кандидат исторических наук, заведующий кафедрой богословских и церковно-исторических дисциплин Смоленской духовной семинарии иеромонах Рафаил (Ивочкин).

В рамках конференции была проведена для смоленской группы её участников экскурсия по храму пророка Илии в Черкизово, а также организовано посещение могилы Иоанна Яковлевича Корейши.

При поддержке храма пророка Илии в Черкизово города Москвы и финансовой помощи Международного открытого грантового конкурса «Православная инициатива» в 2019 году автономной некоммерческой организацией «Делай благо» реализуется проект «Иоанн Яковлевич Корейша – Христа ради юродивый». Конференция «Жизнь и подвиг Иоанна Яковлевича Корейши» проводилась в рамках этого грантового проекта. В рамках этого проекта создан и сайт, посвящённый Ивану Яковлевичу Корейше, на котором можно почерпнуть немало интересной и полезной информации об этом праведном человеке.

Житие угодника Божия

В церковной ограде, справа от центрального входа в храм Илии Пророка в московском районе Черкизово, находится одна удивительная могила, куда вот уже более полутора веков приходят москвичи, приезжают паломники со всей России, из стран ближнего и дальнего зарубежья. Здесь похоронен Иван Яковлевич Корейша.

В ХIХ столетии о нём не знал, как теперь принято говорить, только ленивый. И не только в златоглавой Москве, столичном Санкт-Петербурге или губернском городе Смоленске, где родился этот праведной жизни человек, пострадавший за свою любовь к ближнему.

Весь Смоленск знал его с самого детства как необычного, Божия человека. Окончив духовную академию, он не принял священнический сан, а определился учителем в духовное училище. После, притворившись сумасшедшим, Иван Яковлевич стал жить на огороде, в заброшенной бане. Здесь враг рода человеческого начал нападать на него с особой силой. В 1817 году его поместили в сумасшедший дом в Москве, на Преображенке, где он находился более сорока лет, из них первые три года был прикован цепями к стене в холодном сыром подвале.

В конце 20-х годов XIX столетия, благодаря тому что в Преображенскую больницу был назначен добрый богобоязненный человек доктор Саблер, Иван Яковлевич был переведён в светлое и большое помещение. Но и здесь он умудрился занять совсем немного места – всего лишь уголок большой комнаты. Он устроился у печки и никогда не протягивал ноги за однажды проведённую черту. Вся комната оставалась в распоряжении посетителей, число которых постоянно росло.

К Ивану Яковлевичу стала ходить вся Москва. О нём рассказано в произведениях выдающихся русских писателей той эпохи как под фактическим, так и под вымышленными именами. О нём писали Ф.М. Достоевский в «Бесах», Н.С. Лесков в «Маленькой ошибке», А.Н. Островский в «Женитьбе Бальзаминова», Л.Н. Толстой в «Юности». Сохранились свидетельства о том, что в Преображенскую психиатрическую больницу приезжал за разрешением своих сомнений при выборе тома «Мертвых душ» Н.В. Гоголь, но по какой-то причине так и не решился войти.

Угоднику Божию заранее был открыт Господом день смерти, поэтому своим посетителям он говорил, чтобы приходили к нему в праздник Воздвижения Креста Господня – 27 сентября. Как оказалось впоследствии, это был девятый день после его кончины.

Умер Иван Яковлевич 19 сентября 1861 года, в день памяти Чуда Архистратига Михаила в Хонех.

Незадолго до этого Иван Яковлевич дважды приобщался Святых Христовых Таин, был соборован и тихо скончался. Из последних его слов многочисленные посетители, его окружавшие, услыхали: «Не плачьте, Ангел надо мною». Последними его словами были: «Спаситеся, спаситеся, спасена буди вся земля!»

По благословению митрополита Московского Филарета (Дроздова), который уважил просьбу родной племянницы почившего, его решили похоронить в Москве, в ограде храма пророка Илии в Черкизово.

Как при жизни Иван Яковлевич привлекал к себе множество людей, так и сейчас на могилу к нему приходят его многочисленные почитатели. Они с благодарностью приносят цветы, молятся. Многие получают помощь и утешение в житейских и семейных нуждах, в скорбях и болезнях, исцеление от различных недугов.

После поздней Божественной литургии по воскресным дням у места захоронения Ивана Яковлевича Корейши в Черкизово совершаются общеприходские заупокойные молитвословия.

И всё же кто он, Иван Яковлевич, чем так поразил он православный мир и почему к нему и поныне не зарастает народная тропа?

При крещении был наречён Иоанном...

Ответ на этот вопрос можно получить из воспоминаний современников Ивана Яковлевича Корейши, по крупицам собранных сотрудниками автономной некоммерческой организацией «Делай благо» в рамках проекта «Иоанн Яковлевич Корейша – Христа ради юродивый» и доступных теперь всем интересующимся на специальном сайте, посвящённом этому Божьему человеку.

Давайте прочитаем некоторые из свидетельств современников об Иване Яковлевиче.

Интересны воспоминания о жизни Ивана Яковлевича Корейши Екатерины Григорьевны Палицыной, опубликованные в 1869 году.

В своих биографических записках об Иване Яковлевиче она представилась так: «Палицына, Смоленской губернии уроженка, а теперь и жительница Смоленского Вознесенского Девичьего монастыря, имея 72 года от роду и живя в келии, конечно не будет писать лжи».

Родился Иван Яковлевич Корейша (а по некоторым источникам – Корейш) в день празднования Рождества Пресвятой Богородицы, 21 сентября (8 сентября по старому стилю) 1783 года.

При крещении был наречён Иоанном в честь Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.

Он был третьим сыном священника села Иньково Поречского уезда Смоленской губернии Якова Корейши, поступившего в духовное звание из дворян. Сначала учился Иван Яковлевич в Смоленской семинарии, затем в духовной академии. Окончив курс и не пожелав принять сан священника, он был определён учителем в Смоленское духовное училище.

С юности искал он уединения, изучал Священное Писание, любил духовные книги. Послужив некоторое время на преподавательском поприще, Иван Яковлевич оставил звание учителя как отвлекающее его от духовных занятий и стал ходить по богомольям с целью поклонения русским святыням. Побывал в Соловецком монастыре, в Киеве, в Ниловой пустыни у преподобного Нила Столобенского.

Нилова пустынь всегда славилась чудесами от нетленных мощей преподобного Нила, а в ХVIII веке была одной из самых посещаемых в мире. Святая обитель являлась хранительницей высоких духовно-нравственных традиций.

В течение трёх лет Иван Яковлевич трудился вместе с братией, исправно исполнял все возлагаемые на него послушания, но неожиданно тяжело заболел. Когда по его просьбе больного поднесли к раке с мощами Нила Столобенского, то он сразу же получил исцеление. Помогли глубокая вера и сила молитв к этому святому. Возблагодарив преподобного Нила за чудесное исцеление, Иван Яковлевич решился покинуть мир.

«Притворился как бы помешанным...»

По возвращении в Смоленск он вновь приступил к своей преподавательской деятельности, но вскоре жизнь в кругу людей и мирская суета стали ему в тягость, и он предпочёл оставить учительство. Но, не желая обидеть своих учеников и их родителей, которые уважали его за честное и добросовестное отношение к своим обязанностям, Иван Яковлевич «притворился как бы помешанным и стал проявлять в действиях своих юродство».

Скоро Корейша нашёл средство, которое помогало ему бороться с нарушающими его покой нежеланными гостями: он поселился на огороде в заброшенной бане, налепив на её наружной стене шокирующее многих объявление. В нём говорилось о том, чтобы все без исключения приходящие к нему люди входили не иначе как ползком на коленях под натянутой верёвкой. Понятно, что далеко не каждому удавалось выполнить такое требование. Одних это оскорбляло, другие не хотели рвать и грязнить одежду и потому уходили. А Иван Яковлевич каждое утро начинал с пения псалмов...

В такой обстановке протекала его жизнь несколько лет. Во время нашествия Наполеона, в 1812 году, его часто видели близ лагеря неприятеля, где он юродствовал, за что нёс многочисленные оскорбления от врагов. Имея от Бога дар пророчества, Иван Яковлевич обличал местных господ, которые вели неправедную жизнь. Почти за сто лет до Октябрьской революции он во многих деталях предсказал её ход и последствия.

В 1817 году он расстроил планы уже немолодого, избалованного жизнью знатного вельможи, который, будучи женатым и имея троих детей, выдавал себя за холостого, пытаясь добиться руки красавицы, дочери одной бедной вдовы из Смоленска. По наставлению Ивана Яковлевича девушка поступила в монастырь, где впоследствии стала игуменьей и находилась в переписке с Иваном Яковлевичем, строго следуя духовному руководству своего наставника, до самой его кончины. А разоблачённый в обмане богач выместил свою злобу на Иване Яковлевиче, которого по его доносу признали буйно помешанным и препроводили в Москву в Преображенскую психиатрическую больницу.

Крестный путь

Эта история стала началом его крестного пути. Корейшу заключили в тёмное подвальное помещение и приковали к стене цепями. Так враг рода человеческого пытался отомстить Ивану Яковлевичу за его чистую жизнь. Больше сорока лет продолжалось его заточение. Но именно благодаря столь печальному факту его биографии И.Я. Корейшу узнал мир. За советом к нему в сумасшедший дом ехали люди всех сословий и со всей России.

В течение продолжительного пребывания И.Я. Корейши в Преображенской больнице её капитал, благодаря заведённому порядку брать с каждого приходящего по 20 копеек на улучшение быта больных, составил несколько тысяч рублей. Причём с бедных по просьбе Ивана Яковлевича за вход не брали. Между ними он делил всё ему приносимое. С богатых тоже денег не брал, но желавшим пожертвовать ему молча указывал на общую кружку.

Доктор Саблер, занявший место старшего врача Преображенской больницы в начале 20-х годов, разрешил свободный вход к нему в любое время для всех посетителей, которых приходило ежедневно до 60 человек. Но Иван Яковлевич и в просторном помещении нашёл прежнюю свою тесноту – в углу около печки, на полу, в размере двух квадратных аршин. Остальную же часть комнаты, с мебелью и кроватью, он оставил для приходящих. Сам он в продолжении сорока лет никогда не садился, а всё делал, стоя на ногах, даже когда писал что-нибудь или ел, и лишь в крайнем утомлении лежал на полу. Он не давал покоя ни своему телу, ни вкусу, ни обонянию. Чтобы постоянно находиться в движении, занимался толчением в порошок камней, бутылок и прочих предметов.

Стены комнаты Ивана Яковлевича были увешаны иконами, перед которыми стоял посеребрённый подсвечник, пожертвованный кем-то из посетителей, так что сама комната была похожа на часовню. Поначалу Василий Фёдорович Саблер не особенно верил Ивану Яковлевичу, пока не произошёл с ним такой случай. Как-то он захотел показать старца знакомой даме, госпоже Ланской, и пригласил её в Преображенскую больницу. Лишь только они вошли в комнату, Иван Яковлевич стал просить доктора снять сапог с левой ноги под предлогом того, что он ему узок. Неохотно, но всё же доктор уступил ему и с полчаса посидел босым, а затем, распрощавшись, уехал вместе со своей гостьей. «Дорогой от больницы понесли лошади, и Василий Фёдорович, от страха выскочив из экипажа, сломал себе левую ногу, и она до того распухла, что по приезде домой нельзя было снять сапога иначе, как при пособии разреза. «Не ясно ли вам предсказал Иван Яковлевич?» – спросила госпожа Ланская доктора, встретившегося с ней через два месяца. С этого времени доктор Саблер верил словам Ивана Яковлевича и всегда был к нему благорасположен».

Интересна и другая описанная госпожой Палицыной история. «Один из московских суконных торговцев, схоронив жену, оплакивал её три года; утомлённый одинокой жизнию, решился жениться, но предварительно пожелал узнать от Ивана Яковлевича, которую из трёх невест, бывших у него в виду, выбрать? Услышав этот вопрос, Иван Яковлевич рассердился. «Как, – сказал он, – жениться? Молись лучше, ступай туда, где живут гуси белые, серые и чёрные, только ноги береги». Веривший словам Ивана Яковлевича, купец, отказавшись от невест, решился отправиться на богомолье к соловецким чудотворцам, в Киев и к Гробу Господню. Три года спустя, возвратившись из путешествия с отмороженною ногою, купец снова явился к Ивану Яковлевичу, которому изъявил желание поступить в монастырь, вместе с тем добавив, что постарается быть зачисленным в Чудов. Иван Яковлевич перебил его речь: «Не туда, – сказал он, – ступай к Покрову под Покров, будешь моим духовником».

Через несколько дней купец отправился к владыке митрополиту Филарету и, забыв совет Ивана Яковлевича, стал проситься на послушание в Чудов монастырь; владыка согласился принять его послушником, но сказал: «Ты поступаешь в монастырь и назначаешь, в какой идти, этого нельзя, благословляю в Покровский».

Послушником Покровского монастыря бывший купец был недолго, вскоре он был рукоположен во иеродиакона с именем Леонтий, а потом и в иеромонаха. На следующий день после хиротонии давно не видевший его Корейша начал говеть и послал за иеромонахом Леонтием в Покровский монастырь. Духовник Ивана Яковлевича отец Леонтий, по воспоминанию Екатерины Григорьевны Палицыной, скончался через три года и похоронен в церкви Покровского монастыря у клироса.

Молитвенник и заступник

Угоднику Божию заранее был открыт Господом день смерти, поэтому своим посетителям он говорил, чтобы приходили к нему в праздник Воздвижения Креста Господня – 27 сентября (14 сентября по ст. ст.), а это, как оказалось впоследствии, был девятый день после его кончины. Умер Иван Яковлевич 19 сентября (6 сентября по ст. ст.) 1861 года, в день памяти Чуда Архистратига Михаила в Хонех. Незадолго до этого Иван Яковлевич дважды приобщался Святых Христовых Таин, был соборован и тихо скончался. Из последних его слов многочисленные посетители, его окружавшие, услыхали: «Не плачьте, Ангел надо мною».

Тело раба Божия Иоанна пять дней не хоронили, так как несколько обителей Москвы и Смоленска хотели похоронить его у себя. Братия Покровского монастыря и отец архимандрит рады были предать земле тело И.Я. Корейши и даже приготовили у себя могилу, но высшим церковным начальством было принято другое решение. По благословению митрополита Московского Филарета (Дроздова), который уважил просьбу родной племянницы почившего, его решили похоронить в Москве, в ограде храма пророка Божия Илии в Черкизове.

Племянница его Мария была замужем за диаконом этого храма Никифором, причём диаконское место им было получено по ходатайству Ивана Яковлевича к митрополиту Филарету. «Владыка митрополит Филарет, по просьбе некоторого лица, взявшего на себя все издержки погребения, благословил похоронить Ивана Яковлевича в селе Черкизове при церкви, за Преображенской заставой. Разные экипажи в несколько рядов провожали гроб покойного, из карет выходили, чтобы следовать пешком за ним, несмотря на то, что дорога была не без грязи».

Как при жизни Иван Яковлевич привлекал к себе множество людей, так и сейчас на могилу к нему приходят его многочисленные почитатели. Они с благодарностью приносят цветы, молятся. Многие получают помощь и утешение в житейских и семейных нуждах, в скорбях и болезнях, исцеление от различных недугов, в том числе неизлечимых, освобождение от пагубных страстей, включая алкоголизм и наркозависимость.

Фото: Екатерина Елизарова, vk.com/hramilii

Материал подготовлен при грантовой поддержке фонда «Православная инициатива»

Игорь Красновский

Необычные обычные дети
Дом, где всегда поймут и поддержат