Ирина Романова: Филология по сложности может соперничать с устройством Вселенной
Наука

Ирина Романова: Филология по сложности может соперничать с устройством Вселенной

23 октября 2021 года в 16:07

Ирина Викторовна Романова, доктор филологических наук, профессор, заведующая кафедрой литературы и журналистики Смоленского государственного университета рассказала о работе Школы молодых ученых «Квантитативная филология» - проекта, осуществлённого на базе Смоленского государственного университета и поддержанного Фондом президентских грантов.

Проект призван консолидировать усилия отечественных и зарубежных исследователей в области филологии с использованием квантитативных методов анализа и закрепить за Смоленским государственным университетом репутации центра фундаментальных и прикладных научных исследований в области квантитативной филологии.

- Ирина Викторовна, что за зверь такой «квантитативная филология»? Для непосвященных это словосочетание звучит более чем загадочно.

- Действительно, это словосочетание «квантитативная филология» многих пугает, сложно выговаривается, а на самом деле «квантитативная» означает – использующая количественные методы. Долгое время считалось, что гуманитарные науки совершенно не пригодны для количественных методов, потому что гуманитаристика – это то, что порождает и разгадывает смыслы. Но на самом деле язык – это ведь очень сложная структура. Если говорить собственно о филологии, то по сложности она может соперничать с устройством Вселенной, и мы занимаемся не только языком, а ещё более сложной структурой.

Высшая форма организации языка – художественная литература, а в художественной литературе высшая форма художественного языка – это поэзия. Конечно, разгадать загадки, как устроен не просто язык, а его высшая форма, – это задача из задач. Века изучение этой проблемы происходило путём, когда каждый исследователь предлагал свои домыслы. Но где граница научного знания и индивидуальных домыслов? Филология должна быть наукой, а любая наука стремится к точности и объективности, просто мера оценки точности и объективности бывает разной: кого-то устраивает оперирование такими понятиями как «много», «мало», «больше», «меньше», «приблизительно», а кто-то хочет говорить совершенно точно. И долгое время считалось, что если мы говорим о литературных произведениях, то мы говорим только о смыслах. Но где граница собственных фантазий исследователя или читателя и того, что может быть потенциально заложено в произведении?

Уже давно понятно, что мы открываем в литературном произведении не только то, что в него вкладывал автор. Очень часто автор сам не догадывается, что он вкладывает, потому что очень много за него говорит традиция, очень много за него говорит язык. И оказалось, что о литературе можно говорить языком точных наук, потому что, прежде всего, литературное произведение, любой текст, имеет формальное выражение. Он эмпирически выражен, он выражен в языке. Язык это знаковая система, а как любую знаковую систему её можно изучать, в том числе, количественными методами, и посчитать там можно всё что угодно и на разных уровнях. И, по крайней мере, с большой долей уверенности и ответственности можно говорить, что это в этом тексте есть, а вот этого – в тексте нет.

И нам невероятно повезло в том, что мы являемся учениками личности в науке совершенно выдающейся – Вадима Соломоновича Баевского, доктора филологических наук, профессора, заслуженного деятеля науки Российской Федерации и почётного профессора Смоленского государственного университета. И он как раз прославился в мировой науке тем, что первым в Советском Союзе и одним из первых в мире применил точные математические компьютерные методы к изучению литературы истории и теории литературы.

У нас в стране, к сожалению, в силу идеологических ограничений это направление в науке всячески запрещалось, душилось. При том, что мы по праву можем считать себя первооткрывателями этих методов в мировой науке, их развитие в российской гуманитаристике было в силу объективных исторических причин приостановлено.

- Мы можем говорить, что только сейчас стоим в начале развития этого направления исследований?

- Нет. Сейчас это направление активно развивается, стало очень модным и актуальным. Получило в мировой науке название Digital Humanities - цифровая гуманитаристика. Но и сегодня у этого направления есть немало оппонентов со стороны сторонников классического подхода, и сколько раз мы слышали совершенно в отрицательном ключе, что, мол, вы стараетесь поверить алгеброй гармонию. Тем не менее, наука должна быть наукой, и мы не должны забывать, что любое точное знание дает только повод для заключений и выводов историку литературы, теоретику литературы и языка и так далее. Это исключительно междисциплинарный подход.

Я подвожу к тому, что именно нам в Смоленске невероятно повезло, потому что Вадим Соломонович Баевский не только сам стал выдающимся ученым и получил мировую известность благодаря именно работам в области точного литературоведения, но и собрал вокруг себя учеников и сумел создать научную школу. Баевский прекрасен именно тем, что помимо того, что был ярким ученым, он был выдающимся педагогом.

Он понял, что настоящие научные задачи ставятся и решаются только сообща и форма научной школы – это невероятно продуктивная организация научной деятельности.

Именно потому, что мы птенцы гнезда Баевского и воспитанники его научной школы, мы понимаем, что такое преемственность в науке и стараемся после ухода нашего учителя эти научные традиции, в том числе точного литературоведения, передавать из поколения в поколение.

Самая главная проблема современной науки в том, что она занимается всё больше темами, а не проблемами. Частных тем очень много, и можно себя в них проявить, но это существенно саму по себе науку не продвинет. А если переконцентрировать своё внимание на глобальные проблемы, то становится совершенно очевидно, что их невозможно решить в рамках одной дисциплины. Это должен быть междисциплинарный подход. Совершенно очевидно, что их невозможно решить без точного знания, и совершенно очевидно, что их невозможно решить в одиночку.

- Разумеется, это должны быть проблемы, которые в данный момент не имеют решения?

- Разумеется. Например, мы задумываемся о том, как вообще зарождается и разворачивается текст, где те законы и механизмы, которые из хаоса языка в сознании автора рождают структурированный текст и заставляют за одним словом ставить другое, за одним предложением – следующее. Это очень большие задачи, на них нет сегодня ответа, но их нужно решать сообща.

Проект, который мы сейчас осуществляем, Школа молодых ученых «Квантитативная филология», с одной стороны делает ставку на молодых ученых – сейчас это очень актуально, а с другой – наша цель обозначить задачи, которые сейчас стоят перед филологическими науками, заразить интересом к решению этих проблем, показать пути коллективного, в том числе, решения, которые знаем, которые пробовали сначала благодаря Вадиму Соломоновичу Баевскому, потом развивали уже совершенно самостоятельно. И такие научные традиции есть и в других городах, и имеет смысл делиться опытом и решать общие задачи. Когда примерно одними методами, но на очень разном материале, мы получаем сравнительные материалы и гораздо более объёмное видение проблемы и совместно ищем пути ее решения.

- Не отнимает ли квантитативная филология у нас, читателей, ту самую магию литературы, загадку ее создания, объясняя многое сухими цифрами расчетов?

- Мне есть, что сказать на этот счёт. Во-первых, по поводу магии. Вы знаете, когда мы получаем в исследованиях какой-то результат, то это бывает такое эвристическое состояние! Потому что в том направлении, в котором работает квантитативная филология, чаще всего ты садишься за исследование, результата которого не предполагаешь.

- Как исследования выглядят технически, это некая компьютерная программа, в которую мы вводим данные? Что это за данные?

- Например, мы с моей коллегой, профессором нашей кафедры Ларисой Викторовной Павловой совместно с программистами разработали программный комплекс, который называется «Гипертекстовый поиск слов спутников в авторских текстах». В эту программу загружается большой гипертекст, например, все творчество автора или нескольких авторов. И нам интересно – если задать некое слово, например, слово «война», пусть система найдет, какие слова у одного или у разных авторов находятся поблизости, в орбите слова «война», причем, не в словосочетании с ним. До нас искали только словосочетания, у нас уникальная программа: она ищет слова на расстоянии. Это, как правило, какие-то ассоциативные связи, которые автором не контролируются, поскольку между этими словами нет непосредственной грамматической или смысловой связи. Результаты часто оказываются непредсказуемыми. Например, у Иосифа Бродского в нескольких стихотворениях, написанных в разные годы, рядом со словом «война» устойчиво появляется слово «кастрюля». А почему? Дальше это нужно объяснять, нужно анализировать текст, подключать историков литературы.

- Школа молодых ученых в Смоленске – как появилась идея ее создания, кто в ней обучается, как проходит учебный процесс?

- Основой стало желание поделиться тем, что знаем и умеем мы, и привлечь как можно больше молодых ученых к решению филологических проблем. В разгар пандемии был выбран онлайн формат, который раздвигает границы общения. Мы составили программу онлайн лекций, семинаров, мастер-классов на две недели: это 12 занятий каждый день, шесть дней в неделю. Часа по три люди после рабочего дня, вечерами, собирались у компьютеров. Каждый учебный день был посвящён своей отдельной проблеме. И в рамках этой проблемы выступали спикеры, которые раскрывали теоретическую сторону, объясняли методику исследований. В качестве спикеров, помимо известных ученых, профессоров, мы привлекали даже студентов. В нашу Школу мы приглашали как тех, кто уже начал заниматься квантитативной филологией, так и тех, кто никогда не пробовал себя на подобной стезе. Наша страна представлена участниками от Калининграда до Иркутска, кроме того, очень живой интерес к нашим исследованиям проявили молодые ученые из Белоруссии, Казахстана и Китая. Школа получилась международной.

Уникальность нашей Школы в том, что мы не просто делились опытом – в течение полугода мы с участниками продолжали работать, мы их дистанционно консультировали . После того, как они прослушали наши лекции, поучаствовали в мастер-классах, они выбрали себе темы, и мы с ними регулярно встречались на онлайн консультациях. Подсказывали, как пользоваться этой методикой, как правильно интерпретировать результаты исследований, как справиться со сложностями.

А 25-27 октября мы планируем провести очный форум, на который в Смоленск приедут наши исследователи. Для тех, кто не сможет присутствовать лично, предусмотрели возможность онлайн трансляции. В завершении нашего проекта выпустим электронный сборник трудов нашей Школы.

Очень надеемся на то, что внутри этой Школы появятся идеи для проектов, которые могут быть поддержаны грантовыми фондами различных уровней. Ведь и наш проект поддержан Фондом президентских грантов. И смысл большинства проектов, которые поддерживаются этим замечательным фондом, в том, что они не разовые, в том, что они имеют продолжение. То, что смоленская филологическая школа существует с 1962 года, это залог того, что традиция подобных занятий не прервется и нам удастся и в дальнейшем привлекать молодых ученых к изучению актуальной проблематики.

Фото: vk.com

Юрий Семченков

Смоленск объединил молодых ученых России, Белоруссии и Казахстана
Анастасия Бышевская: «Наука 0+» закрыла все цели

Новости партнеров