Завтра была война
Культура

Завтра была война

4 мая 2019 года в 12:03
332

8 мая в Смоленском драматическом театре имени А.С. Грибоедова состоится премьера спектакля «Завтра была война» по произведению нашего знаменитого земляка Бориса Васильева.

В основе сюжета – воспоминания автора о своей ранней юности, которая пришлась на непростое время. Главные герои – обычные школьники, ученики девятого класса, оказавшиеся на пороге взрослой жизни. Это история о сложном становлении личности молодых людей, история о любви, дружбе, предательстве и разочаровании.

Стоит отметить, что пять лет назад, к 90-летию Бориса Васильева, на главной сцене Смоленска уже показывали спектакль с тем же названием и сюжетом, но в этот раз зрители увидят другую постановку. О ней и о многом другом мы поговорили с режиссёром премьерного спектакля – заслуженным артистом России Сергеем ТЮМИНЫМ.

Основное отличие

– Сергей Борисович, пять лет назад вы восстанавливали спектакль «Завтра была война». Чья это была постановка, кто её режиссер?

– Виктор Прокопов был режиссёром того спектакля. Тогда он был главным режиссёром нашего театра.

– А сейчас вы изменили инсценировку?

– Я не изменил инсценировку, а просто написал свою.

– Чем спектакль «Завтра была война» в вашей инсценировке будет отличаться? Каково, на ваш взгляд, основное отличие?

– Дело в том, что тот спектакль ставился по инсценировке, которая меня не устраивала. Она напоминала литмонтаж. Например, такое: «Искра в это время почувствовала, что…». Но это литература, это не спектакль. То есть это был литературный спектакль.

– Что-то похожее на аудиоспектакль? Авторский текст и реплики героев произведения…

– Да-да, именно так. А здесь моя инсценировка – это чистая драматургия.

Спектакль о предчувствии любви

– Как бы вы смогли охарактеризовать свой спектакль в нескольких словах?

– Моя инсценировка называется так: «Завтра будет…». Я бы сказал, что это спектакль о предчувствии любви. Мало того, я считаю, что именно об этом написано и у автора. Если почитать внимательно повесть, то там явно об этом говорится.

И хотя автор её назвал «Завтра была война», но люди-то думали всё равно не о войне, а о любви, о желании любить, быть любимыми, быть желанными. Мой спектакль вот об этом будет.

Сколько уже вы репетируете постановку?

– Очень мало, так как часть актёров были заняты в премьере «Весы». То, что мог, я репетировал со студентами актёрского отделения института искусств. Только после премьеры «Весов» мы начали полноценные репетиции. Хорошо, что школьные сцены я уже успел сделать (а они основные), и на актёров старшего поколения я могу рассчитывать хотя бы потому, что они – маститые актёры. Игорю Голубеву вообще не привыкать, ведь он уже играл эту роль. Для остальных многое было совершенно неожиданно. Например, Валентина Андроновна будет совсем другой.

Живые люди со своими страстями

– Екатерина Максимова будет играть Валендру?

– Да. И хочу отметить, что в прежнем спектакле два персонажа – Валентина Андроновна и мама Искры – напоминали японский театр кабуки. Когда на лице и в одежде уже написано, кто они. Посмотришь на них – и всё понятно. Шаг вправо, шаг влево невозможно делать. А здесь они у меня будут живыми людьми со своими страстями, со своими желаниями, со своей болью.

– В первом спектакле вы Люберецкого играли, а в этом для себя никакую роль не выбрали?

– Нет, не нашёл для себя роли здесь (улыбается).

– А почему, с чем это связано?

– Дело в том, что мы-то себя со стороны не видим, как бы нам этого ни хотелось. Мы можем только предполагать, как выглядим со стороны. С опытом это приходит, но, в общем-то, я лично себя процентов на шестьдесят вижу – не больше. А нужен взгляд со стороны.

В первом моём спектакле «Мелкий случай из личной жизни» по Михаилу Зощенко я сам играю. Но в том спектакле был совсем другой способ существования. Тот спектакль был такой специфический – эстрада в исполнении драматических актёров. То есть мне надо было и на собственном примере объяснять людям, как существовать. Там играть – это было нормально.

Когда я взялся за Булгакова, то тоже думал, а почему бы не сыграть? Но потом я такое напридумывал, что понял в какой-то момент, когда во мне всё сложилось, что я не имею права просто находиться внутри. То, что я делаю, надо видеть. Ну и по возрасту я не совсем подходил уже в этот спектакль.

– Вы считаете, что режиссёр должен быть снаружи спектакля?

– Да. Потому что меня однажды спрашивали, когда я в спектакле участвовал: «Как тебе спектакль?» А я отвечаю, что не знаю, потому что я внутри него нахожусь. Я удивляюсь некоторым режиссёрам, которые с удовольствием играют внутри. Я считаю, что это – опасное занятие.

Все авторы связаны со Смоленщиной

– «Завтра была война» – это четвёртый, по-моему, спектакль, который вы ставите в Смоленском драматическом театре. Были постановки по Зощенко, Булгакову, по мотивам Твардовского…

– По мотивам Твардовского ставилась литературная композиция, её трудно назвать спектаклем. А так – да, были два спектакля на малой сцене, и вот сейчас будет на большой.

– Я обратила внимание, что все авторы тех произведений, которые вы как режиссёр выбрали для своих постановок, тем или иным образом связаны со Смоленщиной. Михаил Булгаков врачевал в селе Никольском Сычёвского уезда, Михаил Зощенко какое-то время работал инструктором по птицеводству в совхозе «Маньковский» Краснинского района, Александр Твардовский родился и вырос в Починковском районе, Борис Васильев – в Смоленске. Вы специально выбирали таких авторов или случайно так вышло?

– Наверное, да, случайно. Зощенко мне предложили поставить, и я согласился на это. А идея поставить Булгакова у меня была старая-старая, может быть, ещё со студенчества, когда я и в Смоленске-то ещё не жил. Это просто так сложилось.

– А повесть Бориса Васильева «Завтра была война» вас чем-то зацепила? Просто вначале вы восстанавливали этот спектакль, а затем и самостоятельно инсценировку написали…

– Дело в том, что и восстанавливал я его, и сейчас поставил по просьбе руководства. И ещё у меня было ощущение какой-то недосказанности, что ли, от прежнего спектакля. Наверное, именно это меня и подвигло сделать новый спектакль. Просто я уже был в материале этом, и мне очень хотелось что-то исправить в нём. И тут мне сказали: «Давайте будем восстанавливать». А я сказал, что восстанавливать не буду, а буду делать его по своей инсценировке. И мне ответили: «Делайте».

Жизнь одна – так проживи её как человек

– А кто из героев этого спектакля вам ближе всего как человек – Люберецкий, которого вы играли в прежнем спектакле или кто-то другой?

– Кто ближе, кто дальше – мне трудно сказать, потому что я как-то себя вообще ни с кем не сравниваю и не ассоциирую.

– Тогда поставлю вопрос по-другому: с кем из героев Бориса Васильева вы могли бы дружить или приятельствовать? Например, с Леонидом Люберецким или с директором школы Николаем Ромахиным? Они такие правильные, хорошие...

– Невозможно сказать «дружить», «не дружить». Дружба – это вообще очень сложная вещь.

Но дело в том, что если взять текст автора – и это будет в моей постановке просматриваться, – то в результате всего произошедшего дети повзрослели и обрели опору, а старшее поколение, если вы в данном случае берёте директора школы и Люберецкого, на мой взгляд, они сломались. Допустим, даже в нашем спектакле пацан, Артём, выводит из депрессивного состояния Леонида Сергеевича: «Что вы тут нюни развели, встаньте! К вам пришли два класса». То есть можно сказать, что Люберецкий сломался, да и директор тоже, ведь в повести у автора его из партии убрали, из директоров убрали, а потом восстановили и там, и там, но это был уже другой директор. То есть Валентина Андроновна уже была над ним.

То есть взрослые проиграли, а дети выиграли. Но опять-таки не все, но выиграли.

– А с вашей точки зрения, правильным и принципиальным быть в реальной жизни сложнее, чем гибким?

– Я бы не сказал. Меня учили, и я своего сына учил, быть порядочным. И если взять литературу, то и она этому учит. Понятно, что не бывает идеала, все мы не без греха, это – нормальное явление. Но всё-таки честность в себе необходимо поддерживать.

Возможно, в каком-то смысле людям, которые бесчестные, легче. Но дело в том, что в основном эти бесчестные люди, которых я знаю, они, как правило, нередко и в профессиональном плане тоже то, что они могут, а они могут очень мало. Самое главное их достоинство, этих изворотливых людей, – это умение себя «впарить», по-современному говоря. У них это развито очень хорошо. Бывает, хитрый человек, но тупой совсем, он даже «впарить» себя не может. А хорошо живётся тому, кто умеет себя «впаривать». И то я им не завидую ни в коем случае. Мне, по большому счёту, их жалко. Вот так всю свою жизнь прожить во лжи – стоит ли это? Тебе ведь жизнь один раз даётся – так проживи её как человек.

Для справки

Сергей Тюмин родился в Киргизии, а его детство прошло в Узбекистане. Сын военного и учительницы, в юности планировал жизнь связать с армией, продолжив династию по отцовской линии. Однако когда Сергей учился в старших классах, его увлекли занятия в драматическом кружке и игра на сцене. Сразу после школы юный актёр поступает во ВГИК. После окончания института Сергей Тюмин из трёх театров выбирает областной театр в Смоленске.

На главной сцене нашего региона Сергей Борисович играет уже более сорока лет. Им поставлено три спектакля, одна литературная постановка, сыграно около двухсот ролей.

В 2006 году Сергею Тюмину было присвоено звание заслуженного артиста РФ. Кроме работы в театре он преподаёт в Смоленском государственном институте искусств.

Режиссёрские работы: «Мелкий случай из личной жизни» М.М. Зощенко, «Мать-земля моя родная...» по мотивам «Василия Тёркина» А.Т. Твардовского, «Тьма египетская» по мотивам «Записок юного врача» М.А. Булгакова, «Завтра была война» Б.Л. Васильева.

Фото: пресс-служба театра

Ольга Курцева

В Смоленске представили журнал об археологических исследованиях региона
Смоляне услышат «Радость жизни» в исполнении оркестра имени В.П. Дубровского