Сцены без войны и мира
В Смоленском Камерном театре состоялась открытая читка посвящённой событиям в Донбассе пьесы Даниэля Орлова «Стеклянные ягоды». В 2025 году «Стеклянные ягоды» признаны одной из четырёх лучших пьес, представленных на всероссийский конкурс «Лучшим воинам мира», организованный Национальной ассоциацией драматургов России. Постановка спектакля, премьера которого запланирована в Смоленском Камерном театре на май текущего года, состоится при поддержке Президентского фонда культурных инициатив, Национальной ассоциации драматургов и Министерства обороны Российской Федерации.
«Пьеса меня потрясла...»
Как сказал во время пресс-конференции, предварившей показ репетиции двух ключевых фрагментов будущего спектакля, главный режиссёр Смоленского Камерного Пётр Орлов, идея воплотить «Стеклянные ягоды» на сцене овладела им сразу же, как только он прочитал пьесу своего однофамильца из Санкт-Петербурга.
– В прошлом году, – рассказывает Пётр Гарриевич, – я работал в жюри драматургического конкурса «Лучшим воинам мира» и прочитал более тридцати пьес. Среди них было немало вполне симпатичных текстов. Но эта пьеса меня просто потрясла! Потрясла своей правдой, своей болью. Читал не отрываясь, со слезами на глазах… Разумеется, крупные произведения о событиях на Донбассе, способные осмыслить и проанализировать происходящее сегодня в нашей стране, ещё впереди. Большое видится на расстоянии. Однако Даниэлю Орлову, моему однофамильцу из Санкт-Петербурга, в этой его пьесе удалось показать нам нас самих. Какие мы... И какими мы теперь станем другими… Войны как таковой в «Стеклянных ягодах» нет. Персонажи этой пьесы – люди, которые сегодня живут вот в таких обстоятельствах. Не случайно у пьесы есть подзаголовок: «Сцены без войны и мира». Я позвонил Даниэлю и попросил разрешения поставить его пьесу в Смоленском Камерном театре. Убедил его приехать в Смоленск. У нас замечательные артисты, и все мы с большим увлечением приступили к работе. Как мне видится, спектакль должен получиться очень хорошим.
В пресс-конференции принял участие и драматург Даниэль Орлов – российский писатель и издатель, член Союза писателей Санкт-Петербурга, президент фонда «Русский текст», председатель оргкомитета Большого фестиваля малой прозы (БФМП), член русского ПЕН-центра.
Три последних года Даниэль Всеволодович является волонтёром, одним из основателей общественной инициативы «Писатели – фронту!». Так что тема Донбасса знакома ему не понаслышке. В Смоленск драматург также прибыл по пути в зону боевых действий, куда с очередной миссией сопровождал гуманитарный груз. Естественно, что большинство вопросов, как возник замысел пьесы, есть ли прототипы у героев, что это за «стеклянные ягоды» и другие, были адресованы именно ему.
Персонажи приходят из времени
Идея «Стеклянных ягод» – пьесы о людях нашего времени – родилась едва ли не в первые дни пребывания писателя в Донбассе, а также в других затронутых войной местах, где ему за эти годы довелось побывать: в Белгородской и Курской областях.
– Идея воздушная, – рассказывает Даниэль Орлов, – она всё время в эфире… Однако ухватить какой-то нерв и написать пьесу долго не получалось. К тому же одолевали сомнения, имею ли я право?
Осуществить задуманное удалось в сентябре прошлого года во время поездки писателя на Чукотку по приглашению тамошнего губернатора. Видимо, необходимо было если не временное, то хотя бы географическое, пространственное отстранение. Там, в Анадыре, за тысячи километров от места действия, всё и сложилось. К слову, на Чукотке мощное волонтёрское движение «ТеплоZOV». И это легко объяснить, поскольку, как говорит главный герой «Стеклянных ягод» Андрей Облонский, едва ли не каждый десятый житель Анадыря – самого восточного города России – участник специальной военной операции.
Именно он, Облонский, московский профессор и волонтёр, отвечая на обвинения своего антипода – уроженца Донбасса подполковника Рогова – формулирует понимание, что такое Россия: «Это вы, для начала, почувствуйте себя Россией, ответственность свою за остальную страну почувствуйте. И не за Москву, хотя за Москву тоже, за Кемерово, Иркутск, Воронеж, Петрозаводск. Вот, за Анадырь даже. Знаете, Роман Евгеньевич, про такой город, Анадырь? Это уже Арктика. Там вечная мерзлота, дома стоят на сваях. И тоже люди живут. Вы даже не знаете, где это, а оттуда каждый десятый приехал землю эту освобождать как свою. И многие обратно в цинковых ящиках отправились, чтобы лечь в треклятую вечную мерзлоту. Вы за них почувствуйте ответственность».
Этот немолодой уже человек, сугубо гражданский, учёный-филолог, специалист по французской поэзии, казалось бы, не отказывающий себе в разного рода удовольствиях, по сути, олицетворяет совесть нации.
В финале пьесы становится понятно, что ранение, которое он получил случайно, бросившись предотвратить расстрел сержанта Брусники, оказалось смертельным.
– Не суть важно, была ли именно такая ситуация, как та, что описана, – отвечая на вопрос, реальные персонажи действуют в его пьесе или вымышленные, говорит драматург. – Люди всегда живут свою жизнь. Они живут её вне зависимости, идёт война или нет… И в этой жизни есть отношения между мужчиной и женщиной, между старшим поколением и младшим. Есть любовь и предательство, ненависть и страсть… А война и мир – это всего лишь река, по которой и течёт жизнь. Где находится её исток, понятно. А вот по какому руслу она потечёт, это ещё вопрос… Если говорить о персонажах пьесы, это собирательные образы, хотя прототипы, конечно, были. Но пьеса – это же художественный текст! У него свои законы и свои задачи.
По какому руслу потечёт жизнь, когда закончится война, – об этом размышляют главные герои пьесы. Так, 35-летний капитан-артиллерист Сергей Сагач, сын профессора из Луганска и сам в прошлой, мирной жизни учёный-гуманитарий, в доверительном разговоре со своим старшим другом Облонским на вопрос о своих планах на будущее отвечает, что, когда всё закончится, поедет воевать в Африку. И поясняет: «С войны надо возвращаться домой, а я второй десяток лет воюю дома. И я понимаю, что так насовсем с войной останусь. А я не хочу. Я вон детей хочу, работу на кафедре, докторскую написать. Докторскую с войной на плечах не напишешь. Сбросить её с себя надо. И лучше подальше от дома. Понимаешь?»
Тот же Сагач в финале пьесы, глядя из окна поезда на невспаханные поля, говорит: «Если и прорастёт что в полях, точно не злаки. Всё там сожжено ненавистью да обидой. Удобряй её, не удобряй – ждать от земли нечего. Слишком щедро лили кровь, мазут, слишком много мёртвого злого железа и пластика. Себя вначале потравили, потом землю. Если вправду даётся каждому по вере его, мы-то что получим? Что заслужили? Во что верили все эти годы? Это же те самые мы, что вышли в поле растеряны, слабы, разобщены. И что? Спеклись снова в единый народ?»
Орлов плюс Орлов
Чисто формально «стеклянные ягоды» – это покрытые тонким льдом ягоды созревшего винограда, который так и висит, поскольку его некому было убирать. Да, собственно, его и есть-то некому, этот виноград. Не ко времени эта сладость. В более широком понимании смысл названия пьесы заключается в том, что на войне всё лучшее замерзает. И люди такие же, как и виноград, – замёрзшие…
Словом, пьеса Даниэля Орлова «Стеклянные ягоды» поднимает самые животрепещущие вопросы современной России. И как эмоционально выразился режиссёр, пьеса эта – настоящий прорыв в отечественной драматургии, как и прорыв в отношении театра к теме специальной военной операции.
– Автор прочитан режиссёром, – завершая пресс-конференцию, резюмировал драматург. – Более того, Пётр нашёл в пьесе такие мотивы, которые сам я не замечал. Так и должно быть. Спектакль – это другое, новое произведение. Главное, что мы, как настоящие братья Орловы, на одной волне.
Для открытой репетиции режиссёр выбрал два острых эпизода пьесы. Это уже упомянутый здесь спор подполковника Рогова с прибывшим с гуманитарной миссией профессором-волонтёром Облонским, закончившийся дракой, и сцена, в которой прячущийся в сарае у своей крёстной матери местный уроженец сержант Павел Брусника, воюющий с 2014 года, награждённый медалью «За отвагу», признаётся, почему он решил стать дезертиром.
В зрительном зале присутствовали студенты режиссёрского факультета Смоленского государственного института искусств, представители областной организации малолетних узников фашизма, автор пьесы Даниэль Орлов, сотрудники и артисты театра, просто интересующиеся драматургией и театром зрители. Все они с большим интересом и трепетом внимали происходящему на сцене.
В финале показа на сцену вышли все участники будущего спектакля, а это практически вся труппа, поскольку играть спектакль предполагается в два состава.
Светлана Романенко
