Не надо долго терпеть
Общество

Не надо долго терпеть

28 марта 2021 года в 16:00

Тема конфликтов актуальна для всех людей, потому что так или иначе все мы иногда спорим, ссоримся, выясняем отношения. А вот как сделать так, чтобы конфликтные ситуации не рушили отношения, а развивали их – это целое искусство. О том, как лучше разрешать семейные конфликты и учить детей правильно отстаивать свои интересы, «Смоленской газете» рассказала психолог Татьяна Панкова.

Возможна ли жизнь без конфликтов?

– Таня, мне кажется, что конфликты у нас принято воспринимать как нечто в крайней форме – с криками и руганью. Давай прежде всего с терминологией разберёмся: что понимать под конфликтом?

– Если дословно, то «конфликт» означает столкновение. То есть конфликт – это одна из форм взаимодействия людей, при которой сталкиваются их интересы по целям, по ценностям.

– В целом у нас слово «конфликт» воспринимают как понятие с негативной окраской. Действительно ли это нечто отрицательное или конфликты выполняют какую-то важную функцию в нашей жизни?

– Интересно, что достаточно долгое время конфликт действительно воспринимался как нечто строго негативное. В данный момент в психологии он рассматривается просто как форма взаимодействия, а какой характер он носит – негативный или позитивный, мы сможем понять только по разрешении этого конфликта.

– Есть люди, которые считают, что счастливая, идеальная жизнь – это жизнь вообще без конфликтов. Такое в принципе возможно или это утопия?

– Скорее это утопия, потому что конфликт возникает обычно там, где есть развитие. По мере развития отношений людей их интересы неизбежно сталкиваются, и возникают конфликты. Именно в точке столкновения отношения могут получить новую жизнь, а могут и закончиться, если мы благополучно не разрешим конфликт.

– Существует ещё такое мнение, что конфликты полезны с той точки зрения, что они дают возможность сбрасывать негативные эмоции. Что можешь сказать по этому поводу?

– Конечно, конфликт, как правило, задействует негативные эмоции. Там могут проявляться агрессия и различные страхи, но я и не сказала бы: «Если у вас накопились негативные эмоции, затейте с кем-нибудь конфликт, чтобы их развеять». Есть более экологичные способы для этого. Конфликт для этого не подходит. А хорошее, здоровое разрешение конфликта вообще не требует большого количества негативных эмоций.

Без перехода на личности

– Почему одни люди более конфликтны, чем другие? Откуда здесь ноги растут?

– Смотря что мы будем понимать под конфликтностью человека. Если человек находится в такой ситуации, что он постоянно вынужден отстаивать свои интересы, и он это делает, не боится рассказывать о своих потребностях, о том, как с ним можно, а как нельзя, то такого человека могут назвать конфликтным. Но я бы посчитала это нормальным поведением. А бывает ещё конфликтность как будто на ровном месте: вроде бы нет противоречия и столкновения интересов, а конфликт есть. Могу привести такой бытовой пример: у человека произошёл конфликт на работе, но он не имеет возможности его там разрешать, он приходит в семью и приносит конфликт с собой, и всё это выливается в конфликтное поведение уже совершенно в другой сфере. В таком случае я бы говорила о высокой конфликтности и искала бы какую-то давнюю нереализованную потребность человека.

– Мне кажется, тут ещё резонно говорить о том, как именно человек конфликтует, в чём это выражается. Потому что конфликтовать-то тоже можно по-разному…

– Конфликтовать можно по-разному. Мы можем разделить все конфликты на конструктивные и деструктивные. У конструктивного конфликта есть определённые признаки, по которым мы можем видеть, что он развивает отношения. В этом случае усилия двух человек направлены на то, чтобы ситуацию разрешить. Такой конфликт никогда не направлен на личность человека, а только на определённое поле деятельности, какой-то конкретный контекст. К примеру, я могу сказать: «Татьяна, мне не нравится делать это таким образом». Но я не буду говорить: «Ты плохой человек». При конструктивном конфликте мы разбираемся с тем, что нас конкретно не устраивает, и у его участников так или иначе есть общая цель. К примеру, семья выбирает, куда поехать в отпуск: один хочет в одну сторону, другой – в другую. И если они не переходят сразу на личности, выясняя, кто из них больше не прав, а стараются услышать точку зрения другого и учесть все потребности друг друга – в качестве положительного разрешения конфликта они могут выбрать третье место либо найти какой-то компромисс, какую-то точку, в которой они согласны. При конструктивном конфликте всё-таки ищется точка согласия.

А деструктивный конфликт характеризуется тем, что происходит очень быстрый переход на личности. Часто такие конфликты бывают очень длительными, и уже никто не помнит причину, больше идёт такое «взаимное уничтожение», и у участников тогда взаимоисключающие цели: важно отстоять свою точку зрения, доказать, что другой неправ, и исключить его из взаимодействия. Деструктивный конфликт не имеет нормального завершения.

Скрывать конфликт от ребёнка – бесполезно

– Давай теперь вернёмся к предыдущему вопросу: откуда берутся люди, которые конфликтуют на ровном месте и которые конфликтуют деструктивно?

– Все мы берёмся из детства. И тот опыт, который мы получили в наших семейных отношениях, мы приносим и во взрослую жизнь.

– То есть это определённые модели поведения, которые мы получили в родительской семье?

– Да, это модели поведения, которые ребёнок усваивает в семье. Изначально он учится разрешать свои конфликты в общении с родителями, наблюдая за тем, как это делают они с другими взрослыми и между собой. Усваивая эту схему, он потом приносит её в детский сад, в школу и много раз проигрывает.

У каждого из нас есть определённый сценарий конфликтного поведения. Есть люди, которые избегают конфликтов, потому что – о ужас, что после этого случится! Так действуют те, для кого сложился такой опыт, что конфликты имеют очень бурную основу, в них очень много аффекта, зашкаливающих эмоций и нет хорошего разрешения. Конфликт, например, может закончиться тишиной. И он становится настолько страшным, что в него лучше ни в коем случае не заходить. Этого человека, скорее всего, будут считать неконфликтным, но вряд ли он будет достаточно счастливым и его потребности будут представлены.

Другая стратегия – любой ценой продавить свои интересы. Такой человек в любом поведении других людей видит покушение на собственную территорию. Так бывает, когда границы ребёнка в семье очень часто нарушались и он постоянно находился в оборонительной позиции. Такого человека, вероятно, окружающие будут считать конфликтным.

Существует ещё стратегия компромиссного решения. Есть очень простой пример того, как этому учат родители самых маленьких детей: «Ты не хочешь есть кашку? Хорошо, но давай тогда хотя бы выпей молоко, и договорились». Или: «Я уберу часть игрушек, и ты тоже уберёшь часть игрушек». Родитель не продавливает свою точку зрения, но всё-таки ограничивает. Ребёнок может кричать: «Не хочу, не буду», – идти в конфликт с родителем, но родитель помогает найти компромисс. И вообще, это очень здорово, когда развивается навык сотрудничества, когда все стороны заинтересованы в том, чтобы найти наилучшее решение, выгодное для всех.

– Ты говоришь, что семейные модели имеют большое влияние. Есть семьи, в которых существует такая практика, когда родители при детях отношения не выясняют. Создаётся такая картинка, что с виду всё хорошо, но при этом между супругами очень большое напряжение. Как такие ситуации влияют на детей?

– В принципе, ситуация холодной войны в семье, которую ты описываешь, не полезна для ребёнка. Дети намного внимательнее и наблюдательнее, чем мы готовы осознать. Ребёнок всегда хорошо знает, когда у родителей есть ссора, есть конфликт. То есть скрывать конфликт – бесполезно, о нём всё равно будет известно. Но когда мне о чём-то не говорят, я как будто исключаюсь из этой ситуации. Она на меня влияет, но её как будто нет. Я постоянно должна делать вид, что всё хорошо, а в действительности мне нехорошо, и я вижу, что родителям тоже нехорошо. Так формируется выученная беспомощность. А ещё ребенок не получает навыка, как справляться с конфликтом, и это служит ему плохую службу в будущем. Мы же не можем найти себе такую пару и так выстроить отношения, чтобы конфликтов вообще не было. Это в целом невозможно, это был бы тупик развития, потому что конфликты происходят там, где есть развитие.

Поэтому, если конфликт есть, не нужно это скрывать от ребёнка. Однако нам важно помнить, что если ребёнок стал свидетелем конфликта своих родителей, то ни в коем случае нельзя делать из него союзника одной из сторон или третейского судью. Также важно, если ребёнок видел нарастающую фазу конфликта, фазу выяснения отношений, то он должен видеть и его разрешение. Иначе формируется нездоровая модель отношений: в семье растёт напряжение, кто-то кем-то недоволен, никто ничего не говорит, потом какое-то мелкое событие провоцирует скандал, все кричат, ругаются, потом начинается такое время тишины – никто ни с кем не разговаривает, отношения дальше не проясняются, а через какое-то время семья начинает общаться как ни в чём не бывало. Возможно, у родителей после всего и последовало примирение, но для ребёнка это совершенно не очевидно. Какой опыт он из этого усвоит? Важно, чтобы ребёнок получил не только навык заявлять о своих потребностях и интересах, отстаивать свои границы, но и навык видеть потребности и интересы другого, а также навык примирения.

В самом простом варианте это выглядит так: маленький ребёнок устраивает маме скандальчик, чего-то хочет, чего-то требует, мама не выдерживает, кричит на ребёнка – все же ругаются время от времени. Произошёл конфликт. Что будет дальше? Мы как родители не только разрешаем конкретную ситуацию, но одновременно даём модель. Мама может сказать: «Сейчас мы с тобой поссорились. Мне не понравилось, что ты сделал. Я тоже сделала неправильно, но я тебя люблю. Давай мы с тобой сейчас помиримся, обнимемся, подержимся за пальчики». А затем стоит договориться о каких-то правилах. Так у ребёнка появляется не только модель столкновения с выбросом большого количества эмоций, но и модель того, что следует за конфликтом, – модель примирения. А примирение даёт нам близость и доверие, и тогда отношения развиваются.

Битва в песочнице

– Кстати говоря, я иногда наблюдаю такие странные конфликты между родителями и детьми, когда мама говорит: «Я на сына обиделась – я с ним не разговариваю»...

– Эта ситуация даёт пример прерывания конфликта в высшей точке кипения, и он не разрешается. Бывает, что мы до такой степени много эмоций испытываем, что в данный момент просто не можем выяснять отношения – есть большой риск сорваться на крик, начать неконструктивно разговаривать, и тогда вполне нормально брать паузу. Сейчас я не могу об этом разговаривать, мне нужно выдохнуть, успокоиться, давай поговорим об этом позже. Если вы в гостях, где-то на улице или сегодня и так был достаточно тяжёлый день, то это нормально – немножко отсрочить решение каких-то вопросов. Но выходить из конфликта в его наивысшей точке: «всё, я с тобой больше не разговариваю», капсулировать, останавливать его, – это не очень хорошо. У меня возникает такой образ – скороварка, у которой в определённый момент закрыли крышечку. Конечно, рано или поздно напряжение приведёт к взрыву либо будет разрушать отношения. Контакт между мамой и ребёнком будет очень слабеньким. Если мы не можем говорить о том, что нам не нравится в отношениях, – значит, мы недостаточно близки.

– Как взрослым реагировать на конфликты между детьми? Нередкая тоже, мне кажется, ситуация, когда дети на детской площадке что-то не поделили, законфликтовали, в этот конфликт включаются мамы, и это перерастает в конфликт между мамами...

– И начинается битва в песочнице... Что такое детская игра в песочнице? Это маленькая модель мира для ребёнка, то место, где он учится взаимодействовать с этим миром. И здесь неизбежно будут столкновения: Петя хочет взять совочек Лёши, а Лёша не разрешает или даже не говорит о том, что он против, а сразу даёт этим совочком по голове. Самый простой способ разрешения конфликта – это драка, и дети нередко именно так это и решают. А задача взрослых, которые присутствуют, как раз научить детей договариваться, находить компромисс, разрешать конфликт и мириться. Каким может быть хорошее участие мамы? Если имеет место физическое нападение детей друг на друга, надо его остановить. Затем посадить рядышком двух детей и сказать: «Я вижу, что ты хочешь взять поиграть вот эту вот машинку, но эта машинка не твоя, и Петя может тебе её и не дать – это же его машинка, и нужно спросить разрешения. Ты хороший мальчик, и он хороший мальчик». Мы сразу объявляем ценность каждого ребёнка, и дальше мы помогаем им договориться: поменяться, поиграть по очереди – есть много разных вариантов. И, конечно, если дети уже обидели друг друга, причинили какую-то физическую боль, то важно этому тоже дать место. У детей есть разные ритуалы примирения, и ритуал примирения обязательно нужно проиграть. Когда взрослые помогают детям вот так выяснить отношения и завершить конфликт, то это усваивается, и в дальнейшем мы получаем такого культурного гражданина, который умеет себя вести в конфликтных ситуациях и отстаивать свои интересы цивилизованно. А если мы будем ребёнку всё время говорить: «Уступай, отдай, поделись, не ссорься, не ругайся – это неприлично», – то, когда он вырастет и попадёт в достаточно конкурентный мир, где надо бороться за свои интересы, у него не будет для этого необходимых навыков.

– Ну вот ты затронула тему примирения. Давай поговорим подробнее о том, как выходить из конфликтов. Что касается взрослых, тут существует масса вариантов: кто-то пытается сделать вид, что ничего не было, кто-то преподносит другой стороне подарки, кто-то ещё что-то изобретает. Как лучше всего мириться?

– Наверное, это наиболее неперспективная история, когда делают вид, что ничего не было. Хорошее завершение конфликта – это признать ценность другой стороны. Конфликт же может быть не только за совочек, он может иметь ценностную основу – мы можем не сойтись во мнениях. И очень важно – признать ценность другого человека и ценность его мнения. Мнение при этом принимать не обязательно, но хорошим завершением конфликта является то, когда все его участники выходят из него с ощущением собственной ценности, даже если мы там и не договорились.

Подарок как способ разрешения конфликта для некоторых семей может быть чем-то традиционным, но мне кажется, что он не всегда уместен. Если в семье происходит конфликт, родитель ругается на ребёнка, потом конфликт разрешается, и родитель думает: «Что-то как-то слишком много было», – идёт и покупает ребёнку подарок. Какую модель он при этом даёт ребёнку? За деньги на тебя могут ругаться.

Важно помнить о безопасности

– Уже так или иначе мы этого касались, давай поговорим подробнее о том, как учить детей конфликтовать конструктивно...

– Для начала должно быть совершенно очевидно и понятно, что конфликт – это совершенно нормально. Если родитель говорит, что люди иногда ссорятся и это нормально, – значит, ребёнок не будет бояться говорить, что ему что-то не нравится, заявлять о своих потребностях и интересах. Важно, чтобы ребёнок знал, что, когда он отстаивает свои интересы, он может высказывать своё недовольство в отношении ситуаций, действий, но не в отношении другого человека. Детям это тяжело усваивать. Классическая ситуация – «сам дурак». Для детей это естественно, но с каждым годом ребёнок должен всё лучше усваивать то, что критика не должна быть направлена на личность человека. Важно, чтобы хотя бы к подростковому возрасту ребёнок мог видеть свою потребность и потребность другой стороны. Это позволит ему решать конфликты более качественно – это уже шаг к сотрудничеству. И ещё один важный момент: нужно научить ребёнка понимать, в каком случае с конфликтной ситуацией он сам справится, а когда в конфликт лучше не вступать. Например, конфликт ребёнка с чужим взрослым может быть просто небезопасным. Важно, чтобы ребёнок помнил о своей безопасности.

– Каким образом ребёнка всему этому учить – личным примером, разговорами или как-то ещё?

– Я думаю, что всё-таки больше всего личным примером. То, как в семье обходятся с конфликтами, как взрослые умеют с ними справляться внутри и вне семьи, как разрешаются конфликты между родителями и ребёнком, является моделью, которую он усвоит. Если вернуться к ситуации с мамой, которая говорит: «Я на сына обиделась и больше с ним не разговариваю», – я предполагаю, что примерно годам к тринадцати сын будет успешно применять эту модель в отношении мамы и всех остальных близких людей, если у мамы эта модель будет основной.

– А если ребёнок вообще не конфликтует ни с кем и никогда – это тревожный звоночек?

– Это повод задуматься. Возможно ли найти такую среду, где наши интересы никогда не ущемляются? Здесь мы, скорее всего, столкнёмся с большим страхом, тревогой или запретом на то, чтобы говорить о своих потребностях.

– Давай резюмируем: какую роль в нашей жизни играют конфликты и что делать, чтобы после них не было так, что камня на камне не осталось?

– Хочется с конца начать. Чтобы не было так, что камня на камне не осталось, не надо долго терпеть. Когда мы чувствуем раздражение, первые звоночки о том, что что-то не нравится, – нужно об этом говорить. Если терпеть до последней капли, это может превратиться в повод разжечь войну.

Второе, о чем следует помнить: роль конфликтов – развитие отношений. Если мы умеем разрешать конфликты с человеком, значит, мы можем с ним жить, можем с ним взаимодействовать, делать что-то вместе. Поэтому не нужно бояться конфликтов, но стоит учиться разрешать их конструктивно.

Фото: из личного архива Татьяны Панковой

Татьяна Борисова

Дизайн-код Смоленска: увидеть улицу, а не рекламную ширму
В Смоленске разыскивают пропавшего мужчину

Новости партнеров