Культура

Светлые лики в сиянии вечности

23 января 2020 года в 21:41

В КВЦ имени Тенишевых открылась выставка икон гомельского мастера Виктора КОСТОЧКО «Рождение. Жизнь. Обновление». В экспозиции представлены 50 работ, написанных в последние шесть лет. В основном это лики святых, Спасителя и Богородицы, но есть и праздничные иконы. Все выполнены в традициях православной иконописи, хотя и разных её школ: Ветковской, Мстёрской, Палехской и других…

В сиянии вечности

Конечно, иконопись – особый вид живописного искусства, предполагающий некую анонимность автора.

– Здесь главное не мастер, а сам образ, – говорит Виктор Косточко. – Поэтому автор и икона – вещи несовместимые. Иконы пишутся в молитве и для молитвы, они помогают человеку настроиться на общение с Богом. В них всё глубоко символично: свет, цвет, композиция. И любые авторские дополнения могут попросту разрушить каноны, что недопустимо. Иконописец не должен стоять между человеком и Богом. Хотя сейчас есть иконы, которые подписываются: автор такой-то, – это вообще караул!

Само слово «икона» переводится с греческого как «образ». И образ этот свят, поскольку человек, когда-то его носивший, уже победил в борьбе добра со злом. Поэтому лицо на иконе – не портрет, а светлый лик, преображённый в сиянии вечности, даже если портретные черты могут и сохраняться.

По преданию, первым иконописцем был апостол Лука, а первой иконой – написанный им яичной темперой образ Богородицы с Младенцем на руках. Таким образом, были заложены основы иконописи, хотя авторство самого евангелиста у многих историков остаётся под вопросом.

В Россию иконопись пришла из Византии вместе с крещением. Однако уже в XIV веке был выработан свой, русский стиль. Его особенностью стало привнесение в написание святых образов особой лёгкости и мягкого перехода от цвета к свету. Впрочем, свои уникальные нюансы были в каждой школе иконописи, где секреты мастерства и рецепты красок часто передавались по наследству.

Виктор Косточко эти секреты постигал самостоятельно, изучая соответствующую литературу, наблюдая за работой мастеров в монастырях и храмах. Интересно, что само увлечение иконописью началось у него с совершенно конкретного случая, который он хорошо запомнил.

Для души

– В наши лихие 90-е один знакомый предприниматель как-то принёс мне икону с просьбой её отреставрировать. Объяснил это тем, что умею рисовать. Я и впрямь когда-то увлекался живописью и даже занимался в изостудии при Дворце пионеров. Так что за икону я взялся, и это дело меня заинтересовало.

Знаний, конечно, не хватало, поэтому я начал изучать основы реставрации, потом перешёл к истории иконописи. Тогда интернета не было – ездил по монастырям, храмам, чтобы окунуться в предмет как можно глубже, разговаривал с мастерами. Даже в Америку однажды съездил – был там в поселении старообрядцев, которые охотно поделились со мной своими премудростями иконописи.

Впрочем, тогда всё закончилось так же внезапно, как и началось. Сидели мы как-то с одним монахом на колокольне в монастыре. 60 метров высота, я кое-что там немного подмалёвывал. Мы разговорились, и когда он узнал, что у меня есть жена и ребёнок, очень удивился: «А что ты тут делаешь?» – «Хочу научиться иконописи». – «А семью ты чем кормить будешь? Этим ты много не заработаешь. Так что иди домой, заботься о семье – вот что для тебя главное». Что я тогда и сделал.

– А что такое случилось шесть лет назад, что вы вновь занялись иконописью?

– Ничего особенного. Просто проблема «кормить семью» решилась полностью. У меня стабильный доход, который позволяет не думать о хлебе насущном, так что я наконец смог заняться любимым делом, к которому давно лежала душа. Потому что иконопись – не коммерция, это исключительно для души.

– Вы разве на заказ не пишете?

– Пишу. Но и в этом случае деньги, которые я беру за работу, – не главное. Любому заказчику я всегда ставлю условие: прежде чем забирать икону, подержать её в руках, почувствовать энергетику: легло ли на душу или оставило равнодушным. В последнем случае предлагаю оставить икону у меня. Икона – не картина, у неё совершенно другая энергетика, философия. И выбирать её надо сердцем, а не глазами. Я и сам сталкивался с такими, от которых просто трясло. И дело не в письме даже: есть иконы, великолепно написанные, но таких сильных чувств не вызывают.

– Как вы думаете, от чего зависит энергетика икон?

– Сложно сказать. Наверное, всё очень индивидуально. Ведь икону выбирают не из-за красивой картинки – это прежде всего лик святого, который помогает человеку настроиться на молитву.

Вера без границ

– Виктор Васильевич, чего вы сами ждёте от этой выставки в Смоленске?

– Для меня эта выставка важна, поскольку каждый человек хочет поделиться главным в своей жизни. А я этим живу.

Хотя изначально выставка планировалась немного иначе – как совместная со смоленскими иконописцами. И в её названии есть даже некий политический подтекст: то, что границы – условность, а вера объединяет, в ней мы все вместе, все христиане.

Я вообще не делю понятия России и Белоруссии, хотя прекрасно понимаю, что сегодня это два разных государства. Мы живём в Гомеле, от нас граница с Украиной в двадцати километрах. И когда она только-только появилась, всем было смешно. Потом скандально. Потом больно.

У меня есть икона, которую я не смог сюда привезти из-за её большого размера. Она называется «Крещение Руси». Я написал её в 2014 году под впечатлением тех страшных событий, что произошли тогда на Украине. И, честно скажу, мне больно до сих пор.

– Вы представляете какую-то определённую школу иконописи?

– Нет. И здесь, на выставке, можно увидеть иконы, написанные в традициях разных школ: Ветковской, Мстёрской, Палехской… Сейчас интернет позволяет выбрать то, что по душе. То, с чего я делаю списки.

Хотя Ветковское письмо я, пожалуй, изучал наиболее углублённо. Кстати, я и родился недалеко от Ветки – может быть, мне что-то передалось вместе с генами.

– Работа с иконой требует особого настроя…

– Безусловно. Это определённый уклад многовековой, в котором практически ничего не меняется. И главное – это молитва. Когда я пишу, то обязательно включаю трансляцию богослужений – благодаря интернету сейчас есть такая возможность. Это помогает остановить мои мысли. Я должен очиститься от всего суетного и сосредоточиться на одном – процессе создания иконы…

Личное мнение

Олег РЕБИЗОВ, священник:

– Есть такое библейское выражение: время разбрасывать камни и время собирать их. Время разбрасывать камни пришлось на те годы, когда были гонения на Церковь, разрушались храмы, уничтожались иконы.

Сейчас настало время собирать камни, и такие выставки творцов икон очень актуальны. Люди, из которых за годы господства атеистической идеологии выбили всякие знания на эту тему, здесь имеют возможность восполнить пробелы и познакомиться с древней традицией священных изображений, зародившейся почти две тысячи лет назад.

Икона – это всегда совместный промысел Бога и человека. Автора, который вкладывает в работу душу, и святого, лик которого пишется, поэтому и получается такая сильная энергетика.

Валерий МОСКАЛЕНКО, художник:

– Я пришёл на эту выставку заранее, чтобы посмотреть всё в одиночестве, без суеты. Я переходил от одной работе к другой и не переставал удивляться их духовной силе.

Иконопись – достаточно консервативное искусство. Существуют определённые каноны, от которых нельзя отступать. Но у Виктора Косточко даже в рамках традиции я увидел интересные находки и иконографические новации. Что тоже меня впечатлило. Потому что я знаю, насколько это трудно.

Фото: КВЦ имени Тенишевых

Ольга Суркова

«Каникулы Гегеля»: большой секрет для дружеской компании
Фантазия для скрипки и органа

Новости партнеров