Михаил Архипов: «Каждый концерт – это маленькая жизнь»
Культура

Михаил Архипов: «Каждый концерт – это маленькая жизнь»

16 ноября 2019 года в 15:03
299

Проект «Шоу трёх органов» вызвал небывалый ажиотаж у смоленской публики. Два аншлаговых концерта подряд, закончившихся весьма бурными овациями. Причём плотно заполненным оказался не только зрительный зал, но и сцена филармонии: три органа, два хора, камерный оркестр, дирижёр, конферансье и солисты. Понятно, что столь грандиозное действо не могло обойтись без внимания Smolgazeta.ru и стало поводом для нашей встречи с дирижёром проекта Михаилом Архиповым…

Три плюс

– Михаил, автор идеи этого проекта – его продюсер Борис Соничев. Однако главный на сцене всё-таки дирижёр. Чем лично вас так заинтересовал этот проект, что вы согласились не просто в нём участвовать, но и руководить?

– Всё очень просто: мне понравилась идея Бориса показать органы с иной стороны. Потому что всё-таки у нас, у публики, есть внутреннее ощущение, что орган должен звучать в костёле. И даже если это происходит в концертном зале, то в программе – обязательно духовная музыка. К тому же людей в электроорганах пока ещё смущает новизна инструмента. Многим кажется, что они лишены каких-то эффектов хорошего духового органа. Поэтому мы и попробовали сделать такой разноплановый, мультижанровый проект, чтобы показать и возможности органа, и его особую жизнь внутри разных жанров в исторической ретроспективе.

Мы довольно долго ставили регистровку, точно отражающую музыкальные стили. Искали, как каждый орган может быть представлен в отдельности от других, пытались найти их индивидуальность. И потом вписали всё это в звучание вашего органа, потому что он обладает своей спецификой. У вас довольно уникальный инструмент, и, на мой вкус, у него интересный тембр. Да и возможность переключения на разные стили даёт исполнителю большую широту исполнительского горизонта.

– Так, может, и стоило ограничиться нашим органом? Всё-таки это инструмент, априори способный заменить собой целый оркестр. Тем более что в этом шоу, несмотря на название, органы были отнюдь не главными героями…

– Нам непривычно, когда звучат сразу три органа, потому что сложно вычленить разные тембры. Но сама идея была в том, чтобы показать, что орган может быть не только солирующим инструментом, но и аккомпанирующим, и объединяющим, и усиливающим музыкальную фактуру.

В нашей программе органы порой играют роль духовых инструментов, иногда ритмическую. И даже могут быть внутри хора. Например, в «Оде к радости» мы нашли такие тембры, которые вписываются в хоровое звучание. То есть вы слышите не отдельно орган, а во много раз усиленный хор, и создаётся впечатление, что поют тысячи человек.

Вообще, наша задача как раз была в этом – добавить в музыку новые краски и оттенки. Добиться такого эффекта, при котором у нас не три главных персонажа, которые всегда на виду, а очень гибкие инструменты, которые могут и спрятаться, и показаться, и выйти на первый план. Ведь в этом и есть шоу.

Просто для некоторых шоу – это когда дым, свет и сверху блестяшки посыпались. А для нас это именно музыкальный материал, с которым мы экспериментируем. И это очень тонкая игра – с тембрами, инструментами, жанрами. Поэтому она и рассчитана на филармонию. И в этом её эффектность.

Призрак оперы

– А как получилось, что заглавные герои шоу, органисты, – студенты?

– Всё дело в снобизме профессиональных органистов. Они говорят, что такую музыку не играют. Потому что если классический музыкант будет замечен в лёгких жанрах, то на него могут повесить ярлык легковесного человека. Хотя это, конечно, не так.

Я вообще считаю, что показать себя и раскрыться можно в любой музыке. Потому что она сама по себе – живое искусство. И за какой бы жанр мы ни брались, если мы его проживаем, пропускаем через себя, находимся внутри, то публика это оценит. И если я как дирижёр чувствую эту музыку, то могу сделать шоу убедительным.

– На вчерашнем концерте был интересный момент, когда дирижёрская палочка вдруг оказалась в руках солиста…

– Её передал ему «призрак оперы». И мы даже на видео не смогли этот момент отследить…

– То есть так и было задумано?

– Нет. На самом деле палочка у меня за пульт зацепилась и упала в зрительный зал. А Андрей Школдыченко в роли Призрака оперы очень красиво этот момент обыграл. Потому что он не только вокалист, но и прекрасный драматический актёр. И это помогает ему внутри композиций находить дополнительные смыслы, чтобы добавить в них драйва и энергетики. Чтобы получился красивый и качественный продукт.

На одной волне

– Михаил, а какие эмоции вы сами испытывали во время вчерашнего концерта?

– Если честно, у меня всегда позитивные эмоции, когда я чувствую, что контакт с публикой налажен. Мне понравилась реакция зала. И то, что смоленский зритель, как и любой другой в средней России, отвечает быстро, ярко и эмоционально. И то, что все встали сразу, не дожидаясь второго выхода.

Вообще, у меня от Смоленска ощущение, что здесь живут очень доброжелательные люди, настроенные на позитив. Я люблю таких, кто быстро ловит твою волну. Поэтому у нас всё и получилось довольно слаженно, хотя репетиций было мало.

– А как вам наш камерный оркестр?

– Оркестр гибкий. Музыканты старательные, хорошо реагируют на руку. И Михаил Аркадьев много делает для того, чтобы этот оркестр занял свою нишу не только в Смоленске, но и в России. Потому что для любого музыкального коллектива важно звучать не только внутри культурного контекста домашнего региона, но и страны.

– Первый концерт был очень тепло принят публикой. После такого грандиозного успеха второй играть сложнее или легче?

– Для меня каждый концерт – это маленькая жизнь. И ты в любом случае проживаешь её на полную катушку. Экономить себя не получится. И я не могу их сравнивать, потому что каждый – это новое отдельное событие.

– Я слышала, что концерты в Смоленске были, по сути, премьерными – до этого шоу только частично показывалось в Москве. Вы уже решили, что будет дальше? «Show must go on»?

– Безусловно. Мы обязательно будем делать этот проект и в других филармониях, в других залах, в других регионах. Это хорошая возможность немного встряхнуть исполнителей. Потому что оркестру, который участвует в шоу, приходится играть в непривычной для него манере. Что, опять же, расширяет горизонты мастерства музыкантов и даёт им больше свободы.

Свобода выбора

– Михаил, вы называете себя гастролирующим дирижёром. Это ваш выбор или так сложились обстоятельства?

– Это мой выбор, который даёт мне определённую свободу в творчестве. А я хочу делать именно то, что мне интересно. И, напротив, не хочу участвовать в проходных концертах, которые делаются для галочки, для госзаказа.

Когда ты независим, ты более честен. И пока мне удаётся эту честность сохранить, балансируя между свободным творчеством и жёсткими рамками государственной политики.

– А от чего вы получаете наибольшее удовольствие в своей работе?

– От того, что в какой-то момент музыканты выходят на одну волну со мной. И тогда музыка начинает звучать так, как я слышу её внутри себя.

Но ещё большее удовольствие я получаю, если музыка звучит не совсем так, как я мыслил, а даже лучше. Потому что музыканты оркестра добавили в неё своих красок, своей энергии и поменяли моё внутреннее представление.

Я в работе достаточно гибок: никогда не продавливаю своё видение музыки, а объединяю всё в одну концепцию. Если вижу, что у исполнителя иное понимание, то пересчитываю продолжение произведения в его пользу. И стараюсь сделать так, чтобы наиболее яркие музыканты могли себя проявить.

Считаю, что дирижёр в оркестре – это лидер среди лидеров. При таком подходе и звучание идеальное, и с энергетикой всё в порядке. Потому что каждый понимает свою значимость, а вместе мы команда. Ведь дирижёра без оркестра просто не существует.

Да, я гастролирующий дирижёр. Но и я существую в рамках коллективов, с которыми играю. Поэтому я всегда стараюсь установить тесный контакт и взаимопонимание с музыкантами, стараюсь раскрыть способности каждого. И когда так происходит, для меня это большое наслаждение и счастье…

Фото: Ольга Хоменкова

Ольга Суркова

В Смоленске открылась международная выставка «Дизайн прежде всего»
Светослав Арайс: «Счастье, когда творчество приносит радость»