Анастасия Бышевская: Мы не потеряли то, что имели, но приобрели новые возможности
Общество

Анастасия Бышевская: Мы не потеряли то, что имели, но приобрели новые возможности

9 сентября 2021 года в 17:21

Научная деятельность для большинства из нас представляется чем-то крайне сложным, а зачастую и непостижимым, особенно когда речь заходит о современных исследованиях, которые ещё не успели попасть в школьные учебники. Сделать знания понятнее – задача популяризаторов науки, людей, которые могут объяснить суть и результаты исследований, рассказать о новейших направлениях так, чтобы в них могли разобраться не только специалисты, но и, скажем так, обычные люди. Сделать науку популярнее призваны, в частности, мероприятия, проведение которых запланировано в рамках Года науки и технологий, объявленного Владимиром Путиным. О том, как изменилась эта работа в условиях пандемии коронавируса, о месте молодых учёных в науке и их поддержке со стороны государства мы поговорили с ответственным секретарём Смоленского регионального отделения Российского союза молодых учёных кандидатом географических наук Анастасией Бышевской.

Новые возможности

– Анастасия Владимировна, пандемия коронавирусной инфекции внесла коррективы во все сферы жизни и, наверное, в работу и самих учёных, и популяризаторов науки. Как приходится работать в новых условиях?

– Мы сейчас действительно живём в новое время, и пандемия, конечно же, внесла коррективы в популяризацию науки. Когда в 2020 году мы столкнулись с невозможностью проводить мероприятия, мы просто не знали, как жить дальше, потому что мы делали целые серии мероприятий. Они проходили во всех регионах России, и в Смоленской области в частности. Это были научные встречи, дискуссии, стендапы, которые проводились и в университетах, и в различных заведениях города, например в кафе. Нашим титульным мероприятием был фестиваль «Наука 0+», который включал в себя от восьмидесяти до ста очных событий ежегодно, и он, естественно, тоже был запрещён по причине пандемии. Казалось, что жизнь остановилась, но на самом деле по прошествии полутора лет получилось, что эта ситуация стала очень сильным драйвером развития. Если мы сейчас посмотрим, как развилась площадка фестиваля «Наука 0+», то это, конечно, что-то фантастическое: количество мероприятий увеличилось не в десятки, а в сотни раз, мы получили возможность привлекать на них не только российских учёных и – единично – зарубежных, а массово учёных со всего света. Если вы зайдёте на сайт фестиваля, то увидите, как там ежедневно в режиме онлайн с обратной связью возможно задавать вопросы, проходят очень интересные бесплатные мероприятия, которые развивают интерес к науке во всём мире.

– То есть фестиваль длится не какой-то определённый период, а действует постоянно?

– Теперь так, да. Мы потеряли возможность проводить мероприятия физически, но получили возможность проводить их постоянно, не привязываясь к месту, и, что особенно важно, участвовать в нескольких одновременно. Допустим, я сейчас могу участвовать в мероприятиях в Великобритании, Москве, Екатеринбурге и Смоленске. Кроме того, появилась возможность при проведении очных мероприятий также привлекать участников и заочно. Сейчас ни одно мероприятие, которое мы проводим, не является закрытым для онлайн-участия. В апреле я была в Екатеринбурге на Всемирном экономическом молодёжном форуме, в котором принимали участие 64 страны: около двадцати стран присутствовали очно, а остальные участники находились онлайн, в режиме видеосвязи. Мы их видели, мы с ними общались, задавали вопросы, эксперты давали свои рекомендации молодым учёным, и это, конечно, новый шаг. Это действительно феномен, который способствовал невероятному росту популяризации науки: сейчас любой смоленский молодой учёный может презентовать исследования эксперту из любой точки мира. Это было невозможно ещё два-три года назад, потому что мы просто боялись это делать, мы не знали, как это делать, а теперь знаем…

В октябре пройдёт фестиваль «Наука 0+», и мы планируем привлекать учёных и экспертов со всего света, а в Смоленске наконец-то будут очные площадки. Замечательно, что мы не потеряли то, что имели раньше, и приобрели абсолютно новые, безграничные возможности.

– Можно ли говорить о том, что на приглашение откликнутся в той или иной степени звёзды мировой науки?

– Да, конечно. У нас, как и в любой сфере, многое строится на личных контактах: у нас есть учителя, добрые друзья и коллеги, которые на протяжении многих лет вместе с нами проводят научные исследования, участвуют в совместных мероприятиях, консультируют нас. Допустим, мы подписали соглашение о сотрудничестве с Белорусской академией наук и уже пять лет мы с ними очень тесно работаем. Я свою диссертацию частично писала в Минском институте экспериментальной ботаники, и мои учителя и рецензенты всегда с радостью соглашаются на такие предложения, поэтому мы ждём гостей из Минска. На фестиваль науки в Смоленск запланирован приезд как минимум двух действующих членов Белорусской академии наук и Академии наук Казахстана, мы также ждём гостей, которые уже на протяжении долгого времени сотрудничают с географическим факультетом Смоленского государственного университета, – они, если ситуация позволит, тоже планируют приехать лично.

О возрастных критериях

– Анастасия Владимировна, тяжело ли делать результаты научных исследований доступными для самых разных людей, при этом не скатываясь, что называется, к совсем уж простым понятиям?

– Конечно, ведь именно достоверность научных результатов – это один из ключевых факторов сохранения авторитета науки. Но тем не менее я думаю, что баланс возможен. Мой научный руководитель, доктор географических наук Виктор Андреевич Шкаликов, которого, к сожалению, уже нет с нами, всегда говорил мне, что качество научного исследования выражается в его понятности. Он утверждал, что если ты открываешь книгу, даже не из своей области научных знаний, читаешь её и понимаешь, о чём речь, значит, исследование качественное.

– Получается, что фестивали, подобные «Науке 0+», – универсальная формула такого сочетания?

– Да. Мы должны оперировать только доказанными научными фактами, исследованиями, которые подтверждены не только на российском, но и на международном уровне. И тем не менее главная задача – донести знания доступным и понятным языком, потому что тогда у людей не будет вопросов, ведь они сами смогут сопоставить свой опыт с тем, что предлагает наука.

– Могут ли такие фестивали стать стартовыми площадками для молодых учёных?

– Конечно, и они ими являются. Сейчас наукой занимаются чуть ли не с детского сада, про школьную науку вообще можно говорить отдельно – это очень большой сектор. Во всей стране, в том числе и в Смоленской области, действует проект по открытию детских технопарков «Кванториум», которые создаются для того, чтобы привлечь учащихся даже начальных классов к научным исследованиям. Сейчас молодой учёный – это даже школьник, если он может превратить свой поиск в научное исследование, и поэтому фестиваль «Наука 0+» так и называется – это возрастной критерий. Он не про научные исследования в глобальном смысле, а про то, что каждый человек, когда живёт, взрослеет и развивается, делает маленькие открытия, и если он умеет наблюдать и делать правильные выводы, это и есть наука.

– На ваш взгляд, осталось ли в науке место для гениальных одиночек? Можно ли добиться успеха, если ты, например, не хочешь ни с кем контактировать?

– Такие люди, конечно, есть, и они являются драйверами в своих научных направлениях. Тем не менее если мы обратимся к истории, то увидим, что за каждым таким великим исследователем формируется поток последователей – это и есть научная школа. Даже если учёный – одиночка и не привлекает к своим исследованиям кого-то ещё непосредственно сейчас, это не значит, что так и останется в будущем: информационный след, возможно, даст развитие какому-то новому направлению в науке.

– Сейчас очень часто говорят о слиянии различных направлений в науке. На ваш взгляд, можно выделить какие-то конкретные направления и какие из них можно назвать наиболее перспективными?

– В последнее время я отмечаю, что та же пандемия дала резкий толчок к развитию медицинской науки: такие направления, как фармакология и иммунология, получили очень хороший задел развития на будущее. Я думаю, что этого заряда хватит минимум на пять – семь лет, в течение которых медицинская наука будет развиваться более быстрыми темпами, чем она развивалась бы, если бы не началась пандемия. Кроме того, можно выделить всё, что связано с информационным кластером, – сейчас это тоже самые перспективные направления. В настоящее время ни одно научное направление не может развиваться без IT-технологий, даже высшая математика, которую я считаю базовой, – это основа понимания всего происходящего в мире. Информационные технологии помогают нам обрабатывать такие массивы информации, которые мы никогда не обработали бы вручную.

О запросах и поддержке

– Вы уже много лет занимаетесь координацией работы молодых учёных, сами ведёте научную деятельность. Как вы считаете, изменилась ли за последние годы поддержка учёных со стороны государства и насколько на неё сейчас могут рассчитывать молодые учёные?

– Да, конечно! Мы с членами Российского союза молодых учёных и с коллегами, с которыми начинали двадцать лет назад свой путь в науке, отмечаем, что у нас не было даже десятой части тех возможностей, которые сейчас есть у молодых учёных. Сейчас это, наверное, звучит курьёзно, но когда я поступила в аспирантуру, я написала письмо Владимиру Владимировичу Путину о том, что поддержка молодых учёных недостаточна, и изложила свои мысли о том, какой она могла бы быть. Потом, конечно, нашему ректору пришло письмо из администрации президента, он меня вызвал и спросил, почему я сначала не пришла к нему… Но это был такой, знаете, юношеский максимализм.

На данный момент молодым учёным не нужно такие шаги предпринимать, потому что поддержка действительно колоссальная. Фонд президентских грантов ежегодно выдаёт сотни субсидий, и вы наверняка знаете, что в Смоленской области десятки организаций, в том числе и молодёжных, получают поддержку фонда. Есть также областные субсидии. И в этом году на данное направление выделена просто феноменальная сумма – мне кажется, практически каждый желающий, кто просто более-менее качественно заполнил заявку, получил поддержку своих проектов. Также есть множество частных фондов и других организаций, которые оказывают такую поддержку, есть такие организации, как наша, которые помогают заполнять заявки не только молодым учёным, но и молодым дипломатам, общественникам, другим соискателям…

– То есть первым шагом к гранту может быть визит в вашу организацию?

– Если есть хотя бы минимальная научная составляющая – безусловно. К нам приходят ребята с бизнес-проектами и стартапами, в которых есть минимум научной составляющей: они, например, исследуют какой-то определённый сегмент рынка или в их проекте просто используется какой-то научный прибор. Мы постоянно и профессионально консультируем желающих получить поддержку на реализацию своего проекта.

– А если я не уверен, что в моём проекте есть научная составляющая, вы подскажете мне экспертов, которые смогут профессионально оценить мои исследования или даже желание их проводить?

– К нам действительно приходят с очень разными запросами, а один из самых частых – «Как вы считаете, нужно ли мне поступать в аспирантуру?» – помимо прочего, касается и каких-то житейских вопросов. Например, совсем недавно пришёл молодой человек и спросил, в аспирантуру в каком городе, по моему мнению, ему предпочтительно поступить, чтобы проводить исследования в интересующей его научной сфере. Это действительно важно, ведь в каждом регионе свой запрос на учёных. Например, если мы в Смоленске будем проводить исследования по горной добыче, это будет не очень перспективно, лучше поехать на Урал и поступить в аспирантуру в Свердловской области, например. У нас свои запросы: мы уникальный, единственный в России пристоличный и приграничный регион, поэтому у нас своя специфика научных исследований, своя специфика проектов, которые наиболее вероятно получат поддержку.

О росте интереса к своей стране

– Анастасия Владимировна, вам как кандидату географических наук часто приходится слышать мнение, что гуманитарные науки – это вообще не науки, а какие-то научные дисциплины устарели, и на их место приходят новые? Да и вы сами утверждаете, что даже туризм может быть предметом научных исследований. Расскажите немного подробнее, пожалуйста...

– Да, действительно, географию часто считают наукой прошлого, потому что если говорить объективно, то всё, что мы могли открыть на поверхности Земли, мы, наверное, уже открыли, особенно с появлением спутников, точного картографирования, геоинформационных технологий. Но сейчас мы видим обратную ситуацию. Если в прошлом мы двигались как можно дальше, переплывали моря и океаны, пересекали континенты, то сейчас мы двигаемся внутрь, вглубь, и даже ситуация с вынужденным закрытием границ указала нам путь к более детальному исследованию своих регионов. И удивительно, но оказалось, что мы многое не знаем о географии своих регионов и своей страны в целом.

– К Смоленской области это тоже относится?

– И к нашей области это также относится. Мы стали познавать Россию так, как, наверное, никогда этого не делали. Посмотрите, какой сейчас бум на путешествия по России: люди стали открывать Дальний Восток, Байкал, Карелию, места, расположенные недалеко от их места проживания. Опять же, проекты, которые сейчас реализуются в области географии, стали более доступны не только специалистам, но и обычным людям, интересующимся географическими исследованиями. Мне кажется, сейчас Русское географическое общество переживает определённый бум популярности: за последние три – пять лет увеличилось количество членов общества, и это не только учёные-географы, как сначала предполагалось, а обычные люди, которые стали интересоваться краеведением. Мне очень часто, практически еженедельно, присылают письма, пишут в соцсетях: «Я заинтересовался краеведением, узнал, что ваш научный руководитель Виктор Андреевич Шкаликов, крупнейший краевед, писал об истоках Днепра, о других природных объектах нашей области. Не подскажете, нет ли у вас этих книг, ссылок на публикации?»

– Насколько лично вас такое внимание мотивирует к дальнейшей работе?

– Очень мотивирует. Если честно, то после смерти моего научного руководителя в 2014 году я поняла, что докторскую диссертацию здесь, в Смоленске, мне писать не с кем, потому что такой величины учёного в области физической географии по моим научным интересам нет. Да, была возможность остаться в Калининграде, в Балтийском федеральном университете имени Иммануила Канта на факультете геоэкологии и там продолжить исследования, но это невозможно, потому что у меня здесь семья, дети, работа… География для меня виделась как закрытая страница моей жизни, начались другие исследования – в области гуманитарных наук, точнее, в области спортивного менеджмента. Конечно, я и здесь пытаюсь реализовать себя как географ: мы подготовили атлас спортивных образовательных организаций мира, это большая пятилетняя работа, которая уже завершена, и скоро атлас выйдет в свободный доступ, мы его публикуем и онлайн, и в печатном виде. И тем не менее это не та география, которой я занималась всегда. А когда начался бум краеведения и обращений с просьбой рассказать о работах Виктора Андреевича, меня попросили прокомментировать его исследования долины Рачевки, и я отказалась, потому что понимаю, что уровень, на котором он владел этой информацией, несопоставим с моими знаниями – я просто некомпетентна в этой области. Мне стало обидно, и я решила подробно изучить и геологию Рачевской долины, и вообще исследования моего научного руководителя, потому что детально я с ними незнакома. Это вернуло меня в мою родную стихию… В этом году мы планируем в одной из школ Смоленска открыть краеведческий кружок, чтобы наши школьники знали, на какой уникальной территории мы живём, чтобы они получали базовые знания по экологии и краеведению, и мы с ними на практике будем разбираться, что такое морены, речные долины и так далее.

Об уникальности спорта и международных контактах

– Как поставлена научная работа в Смоленском государственном университете спорта, где вы работаете? На каком уровне она находится?

– В данном случае я могу говорить только о молодёжной науке, поскольку являюсь председателем совета молодых учёных и компетентна только в этом направлении.

– Это какие-то студенческие исследования?

– Да, это студенческие исследования, и они, конечно, достаточно специфические по сравнению с тем, чем я занималась в своей альма-матер – Смоленском государственном университете.

Спортивная наука уникальна! Если честно, до того, как десять лет назад я пришла работать тогда ещё в Академию спорта, я в принципе не думала, что это такая серьёзная, обширная научная область, тесно связанная с анатомией, физиологией и биомеханикой. Я представляла её более простой: якобы спорт – это какая-то двигательная активность, которая приводит к спортивным достижениям. Но на самом деле это целый спектр научных направлений, и специалисты, которые сейчас работают в нашем университете, являются докторами наук и основателями целых научных школ. Честно скажу, что за десять лет я так и не интегрировалась полностью в этот научный профиль и не могу считать себя компетентным специалистом в этой области. Я никогда не пыталась проводить исследования в области спортивной науки и не буду этого делать. Для докторской диссертации я выбрала тему, которая связана с моей непосредственной работой начальника международного отдела в университете спорта: я решила обобщить данные, которые мы собрали по международной деятельности наших спортсменов за десять лет.

Что касается молодых учёных вуза, я могу их консультировать – только технически, то есть то, что мы делаем в области для всех вузов, я делаю и в своём университете. Я могу подсказать общую схему, алгоритм подачи заявки, рассказать, как представить своё научное исследование и где оно может быть актуально, в каком журнале опубликоваться и на какой конференции выступить. В апреле этого года студентка факультета спортивного туризма Алёна Ржаная участвовала в международном конкурсе научных работ по туризму в Екатеринбурге и заняла второе место среди двух тысяч участников. Я была её научным руководителем и сопровождала её на этот конкурс.

– Есть ли у смоленских молодых учёных возможность каким-то образом сотрудничать с нашими соседями, из ближнего зарубежья в частности? В начале беседы вы упомянули о тесных связях с Белоруссией...

– Да, действительно, трансграничные исследования исторически являются одной из неотъемлемых частей научной конъюнктуры Смоленской области. Мы говорим о том, что если с экономической точки зрения мы можем провести границу, например, между Смоленской и Витебской областями, то с точки зрения естественных наук это сделать невозможно. Допустим, в географии и экологии природные комплексы имеют свои границы, которые абсолютно не совпадают с государственными границами, и получается, что ценные и уникальные природные объекты границей делятся на части. И если у нас разные режимы хозяйственного использования, например, на территории Российской Федерации – заповедник, а у наших соседей – химическое предприятие, то все наши усилия сводятся на нет, а это огромный ущерб! Поэтому исторически так сложилось, что в области истории, географии, экологии, биологии и других научных направлений мы проводим очень много совместных исследований с коллегами из Республики Беларусь. На такие трансграничные исследования ежегодно выделяются десятки грантов, и сейчас это направление стало ещё актуальнее: в связи с вызовами нового времени мы должны чётко видеть своё общее историческое наследие, чтобы в будущем на этот счёт не возникало никаких заблуждений.

– Анастасия Владимировна, в начале беседы мы говорили о возможностях популяризации науки в условиях пандемии – необычных и вынужденных. Как вы считаете, по какому пути будет развиваться популяризация науки, учитывая эту ситуацию? Не уйдёт ли она полностью в онлайн и насколько всё-таки нужны «живые» мероприятия?

– На самом деле, прогнозировать очень сложно, и мы можем только надеяться, что популяризация науки не уйдёт в онлайн полностью. Со своей стороны мы будем делать всё возможное, чтобы на территории Смоленской области мероприятия в офлайне тоже проводились. У регионального отделения Российского союза молодых учёных большие планы: это и встречи с молодыми учёными, и главное мероприятие, посвящённое шестнадцатилетию нашей организации. Будем делать всё возможное, чтобы сохранить баланс между информационным следом в интернете и мероприятиями вживую.

Юрий СЕМЧЕНКОВ, Алексей МАТВЕЕВ

В материале использованы фотографии из архива Анастасии Бышевской, а также сайтов festivalnauki.ru, spk.edu.ru, fa.ru

Смолянину пришлось погасить долг, чтобы получить повышение на работе
Аня, ты – супер!

Новости партнеров