Как я жила в приюте: дни пятый и шестой
Общество

Как я жила в приюте: дни пятый и шестой

2 августа 2021 года в 18:00

Сегодняшней публикацией «Смоленская газета» завершает рассказ нашей коллеги Татьяны Борисовой, которая провела несколько дней в Центре защиты семьи, материнства и детства «Смоленский дом для мамы». Эта организация помогает женщинам с детьми, попавшим в самые разные, но одинаково сложные жизненные ситуации. Журналист нашего издания жила в «Доме для мамы» по приглашению его руководителя Татьяны Степановой, познакомилась с постояльцами (их имена изменены по этическим соображениям) и узнала их истории.

День пятый, когда я не выдержала и поехала домой

Первые полчаса я ходила и нудила: «Елена Аркадьевна, ну расскажите, как вы пришли работать в «Дом для мамы». Однако вместо какой-нибудь невероятной истории я получила очередную порцию задач: написать посты в группу центра и новостной материал на епархиальный сайт. Как настоящий хозяйственник Аркадьевна сумела даже меня приспособить к тому, чтобы я приносила здесь пользу так, как умею. Раздосадованная, я пошла наверх в свою зелёную комнату выполнять спецзадание. Но вскоре услышала, что в трапезной играет пианино. Некоторое время уговаривала себя, что я сижу и работаю, но всё равно не удержалась и спустилась музыку послушать. Как оказалось, играла Елена Яценко, музыкальный работник Дома, мама Коли – волонтёра-художника. «Обычно детки на музыкальные занятия приходят, но сегодня с утра многие мамы разошлись по делам и забрали детей с собой. Поэтому никого нет. А сами мамы приходят послушать редко – в основном это девочки, которые выросли в семьях, а не в интернате. Некоторые хотят вспомнить, как играть, потому что раньше занимались, умели. Но даже когда не приходит никто, я сижу и играю. Мне Татьяна Сергеевна объяснила, что те, кто находится в Доме, всё равно слышат музыку». Что, собственно, я и доказала своим появлением в трапезной. Специально для меня прозвучала композиция The falling leaves, и на миг я задумалась о том, что это прекрасный саундтрек к нынешней жутко холодной весенней погоде. А потом мы разговорились о проблемах выпускников интернатных учреждений, и тут уже больше говорила я обо всём, что знаю по этой теме, а Елена Владимировна задавала десятки вопросов. «Смоленский дом для мамы» проводит большую комплексную работу, направленную на профилактику социального сиротства. И всё-таки мы, люди, не всесильны. Иногда маленькие подопечные, несмотря на все старания, всё же оказываются в интернатах. И Елену Владимировну как человека неравнодушного очень волнует судьба этих малышей. Она думает о том, что может сделать для них в сложившейся ситуации, чем помочь, как поддержать.

То ли переполнилась чаша человеческой боли, в которую все эти дни лилось с изобилием, то ли дали о себе знать бессонные ночи, проведённые в Доме, но после этого разговора я очень быстро собрала вещи и отправилась выполнять задания Елены Аркадьевны домой, на бегу обнимая девчонок и обещая, что мы ещё обязательно увидимся.

Во время своего пребывания в приюте, вспоминая о жужжащем и сверлящем ремонте, я шутила: «Вот приеду домой, а там дырка в потолке и через неё звёздное небо». Не обнаружив всего этого по возвращении, я обрадовалась и успокоилась – от сердца как-то отлегло. Хорошо, когда у тебя есть крыша над головой, своя собственная крыша. А ещё я почувствовала, как на самом деле ценно то, о чём мы обычно даже не задумываемся: свобода побыть одному, когда ты в этом нуждаешься, свобода делать то, что тебе хочется, и не делать того, что не хочется, свобода убирать в доме не по графику дежурств, а когда у тебя есть на это силы и желание, свобода есть не по расписанию, а когда проголодался, и не то, что приготовили, а то, что хочешь, и так далее. В Доме свои порядки – без них невозможно было бы организовать совместное проживание большого количества мам и деток. Но жить, соблюдая эти правила, не всегда легко и удобно. И всё же многие мамочки, выпускницы «Дома для мамы», скучают по тем, с кем жили под крышей этого замечательного, доброго центра, и по его сотрудникам. Возвращаются потом в качестве волонтёров. Вот и я загрустила прямо сразу. «Карлсон, возвращайся. Мы тебя очень ждём», – прилетело на WhatsApp сообщение от Тани Степановой. «С проживанием», – пошутила вдогонку Аркадьевна. Интересно, была ли в этой шутке доля шутки?

День шестой, когда Карлсон вернулся

Немного отдохнув от своих пятидневных каникул в «Доме для мамы», я решила поехать в гости... угадайте куда? «Ну что, вернулась, блудная дочь?» – встретила меня Аркадьевна. «Ты вернулась?» – с удивлением и даже с какой-то надеждой во взгляде спросили девчонки. А потом мы гуляли возле храма, ели на ужин совершенно фантастический суп с домашней лапшой и бобы, которые мне напомнили о детстве. А на десерт у нас были конфетки с предсказаниями. Я вытащила жизнеутверждающее: «Не бойся быть смелее в своих желаниях». А Аня, которую, узнав, что она беременна, стали притеснять на работе: «Будь настойчивой, и ты победишь». Есть всё-таки что-то разумное, я бы даже сказала мудрое, в этих конфетах.

***

Потом я ещё часто приходила в Дом в качестве гостя, и было много ярких событий, душевных бесед, новых знакомств. В один из этих визитов Таня Степанова поделилась со мной тем, что не успела рассказать, пока я жила в приюте, – историей о том, как в её жизни возник «Смоленский дом для мамы».

«Он появился как совершенно неожиданное и нереальное для меня воплощение моей мечты. Я думала о том, что хочу свой собственный кризисный центр, в котором будут жить люди в очень сложной жизненной ситуации, с тем чтобы поменять свою жизнь. Потому что, когда ты сталкиваешься с такой ситуацией, что у мамы с ребёнком нет крыши над головой, одной психологической помощи тут недостаточно. Когда я рассказала об этом своей подруге, она по-дружески подтрунивала надо мной: «Тань, ты, конечно, молодец, но ты одна воспитываешь ребёнка, у тебя нет денег для того, чтобы построить центр, нет сотрудников. Ты мечтатель». И я подумала, что, наверное, да, я просто мечтатель, и ничего этого не будет. А через месяц получила от Смоленской епархии предложение возглавить центр, которого ещё не было. По сути, были только четыре стены и крыша, в которых ещё невозможно было жить, потому что было холодно и сыро, отсутствовало отопление. Не было ни штата сотрудников, ни финансирования. Была только большая поддержка от епархии, которая заключалась в том, что предоставили дом. И хоть я люблю говорить, что женщина может из ничего сделать шляпку, салат и скандал, но сделать кризисный центр практически из ничего я была не готова и отказалась. А потом всё-таки подумала и пошла на эту безумную авантюру. В Доме нужно было делать ремонт, а те, кто должен был помочь, не пришли. В храме Архангела Михаила тогда настоятелем служил отец Дионисий Давыдов, а его жена, матушка Светлана, работала при храме. И я, расстроенная, пошла к ней, а матушка говорит: «Благое дело всегда так начинается. Ты не переживай. Это у тебя такое смущение – специально, чтобы ты отказалась. Всё будет хорошо». И я стала звонить всюду, куда только можно. Знакомые знакомых кого-то нашли, кто-то пришёл из службы «Милосердие», кто-то кого-то ещё позвал, и мы начали дом ремонтировать. Вот эту стену меня учили штукатурить (показывает стену в трапезной). Это моя стена. Мы тут с дочкой жили неделю, потому что центр еще не открылся и сотрудников не было, а первые жильцы уже появились. Первыми у нас была семейная пара – сироты. Они выпустились из интерната, а жильё ещё не получили. У них был полуторагодовалый малыш, и они ждали второго. Хозяин квартиры, которую они снимали, квартиру продал и их не предупредил. Новый хозяин пришёл уже с участковым и велел в двадцать четыре часа освободить жильё. А им было некуда даже вещи кинуть. Наша организация тогда ещё официально не существовала, не было ничего о ней ни в социальных сетях, ни где-то ещё. Они нашли нас благодаря сарафанному радио и жили посреди банок с краской. И мы с дочкой так жили.

Потихонечку, по капельке, приходили люди, которые были готовы вкладывать свои силы, свой труд, свои деньги в это общее дело, и мы сумели обустроить дом. Иногда мне хочется сказать, что это мой центр, но ничего он не мой, на самом деле этот центр – наш. И без каждого из тех людей, которые приходят и приносят сюда частичку своего сердца, он будет другим.

Одно время я думала, что «Дом для мамы» – это перекрёсток, такое место, где женщина может выбрать другой путь для себя. Она жила как-то так, что в результате дошла до того, что у неё нет своего дома, она одна с ребёнком, ей некому помочь, и у неё есть выбор: отдать ребёнка в интернат либо пойти жить в приют. И на этом перепутье, перекрёстке она может решить, как она хочет жить дальше, куда двигаться, какой она хочет быть, что она хочет дать своему ребёнку, миру, для чего ей этот ребёнок, для чего ей вообще эта жизнь дана. Но сейчас, когда я стала размышлять над тем, что тебе рассказать, я поняла, что «Дом для мамы» – это перекрёсток не только для мам, а для всех, кто сюда приходит, – и для сотрудников, и для волонтёров. Потому что ты каждый раз встаёшь перед выбором, как поступить и куда тебя это приведёт. В «Доме для мамы» люди меняются. Это действительно так. Появляется что-то новое в душе. В мире что-то новое начинаешь видеть. Для меня он стал гораздо добрее. Открылись такие стороны мира и людей, о существовании которых я раньше даже не подозревала. Я не знала, что есть столько бескорыстных людей. Я не знала, что сама способна на бескорыстие в такой мере. Правда, не знала», – поведала мне Татьяна.

И действительно, если ты пришёл на этот перекрёсток, соприкоснулся со всем этим однажды, ты уже не забудешь это никогда.

Я желаю вам счастья, девчонки! Спасибо за то, что поделились своими историями – самым сокровенным, самым больным и тяжёлым. Вы молодцы, что не опускаете руки, и не сдаётесь, и из самых тёмных и кошмарных ситуаций стараетесь выйти на свет. У вас есть надежда, желание двигаться вперёд и добрые помощники, которые всегда готовы подставить плечо, – а это уже немало. Пусть у вас в жизни всё наладится. Пусть у вас и ваших деток всё будет хорошо. Обнимаю вас всех!

Конечно же, в этом маленьком дневнике я не сумела рассказать даже обо всех тех замечательных людях, которых сама встретила в Доме, а их ведь в десятки, в сотни раз больше: мамы и детки, сотрудники и волонтёры, жертвователи и спонсоры, которые дают возможность приюту осуществлять свою деятельность. Но самое главное, что любой из нас может стать частью этой истории, оказать помощь тем, кому трудно. Подробнее об этом можно узнать на сайте дом-для-мам.рф или в группе vk.com/smol_ddm в социальной сети «ВКонтакте». Приходите в наш Дом!

Фото: Татьяна БОРИСОВА

Татьяна Борисова

Соцработники смоленского УФСИН помогли осужденному, воспитывавшемуся в детском доме, получить жилье
Приоритет – здоровье людей

Новости партнеров