Статьи

Ефрейтор железнодорожной бригады

28 апреля 2015 года в 10:43
Юлии Анатольевне БАРАНОВСКОЙ 24 мая исполнится 92 года. Она участник войны, награждена орденом Отечественной войны II степени, медалями «За оборону Ленинграда», «Победа над Германией», а недавно ей вручили юбилейную медаль в честь 70-летия Победы нашего народа в Великой Отечественной войне. Хотя и солидный возраст у ветерана, но она ходит на прогулки – когда одна, когда с дочерью – и очень интересуется людьми. Говорит, что хорошо бы ей было стать психологом, уж очень интересна ей судьба, характер человека. Но она после войны стала художником, окончила худграф Смоленского пединститута.

Гордится своим родом
В Москве двоюродная племянница Юлии Анатольевны издала книгу про род Филипповых. Девичья фамилия Барановской – Филиппова. И Юлия Анатольевна показывает мне эту замечательную книгу. В ней есть фотографии и её дедушки, бабушки, родителей.
– Большое дело сделала моя родственница – такую книгу издала! – говорит Юлия Анатольевна. – Наш род стоит того, я горжусь своими родными.
Она родилась в посёлке Ибреси в Чувашии. Отец Анатолий Андреевич был почётным радистом РСФСР. Редкое звание по тем временам.
– В Москве была организация «Севморпуть», слышали о такой когда-нибудь? – спрашивает у меня Барановская.
– Припоминаю из истории – папанинцы…
– Да, папанинцы. Папанин организовал экспедицию на Северный полюс в 1934 году. Отец состоял на учёте в этой организации, и его направили в экспедицию тоже в 1934 году, но на Обскую губу. Полгода он пробыл там; возвращаясь через Тобольск, договорился о работе – ему предложили должность начальника связи Обь-Иртышского пароходства. И мы переехали в Тобольск. Отец готовил радистов на пароходы. У него дома была своя радиостанция, для этого надо было иметь специальное разрешение, оно имелось. С Папаниным общался по радиостанции. Отец был удивительным человеком, во многом одержимым и талантливым. Воевал в Гражданскую войну, но недолго – получил травму, и демобилизовали. Он всю жизнь выписывал журнал «Радио», даже собрал сам телевизор. Тогда они мало у кого были, и к нам приходило много народу посмотреть на такую новинку. А до этого, в 1939 году, поскольку он не был членом партии, ему не доверили быть начальником связи пароходства и предложили должность директора почты в посёлке Берёзово Тюменской области. Знаменитый посёлок, туда в ссылку Екатерина отправила Меншикова. Помните картину «Меншиков в Берёзове» Сурикова?
– Конечно!
– Вот я в этих местах жила!

Дедовский сундук
– Мама моя Серафима Петровна тоже из семьи с интересной родословной, – продолжает рассказ Юлия Анатольевна. – Отца её призвали на службу в военно-морской флот на 25 лет. Служил во Владивостоке. Я его никогда не видела, он похоронен в бухте Кривой Рог. Но я помню, остался от него настоящий морской сундук, словно бочка, но продолговатый, с ремнями, он предназначен был для того, чтобы, если корабль потерпит крушение, его можно использовать его как плот. Нас, детей, интересовали медные гвоздики, которые были вбиты в сундук, и мы пытались их как-нибудь достать… Так что мои предки попутешествовали по бескрайним просторам нашей Родины, я не исключение.

Матери плакали, слушая дочерей
Она была старшей дочерью в семье, братья Лев и Олег – помладше. Они жили в Берёзове, когда началась Великая Отечественная война. Юля продолжала учиться. В 1942 году она окончила десять классов. И парней сразу призвали в армию. Они с девчонками тоже ходили в военкомат, просились на фронт. Им сказали, что призыва для девушек нет, но дали понять – будет. И в 1943 году из Берёзова десять девушек, в том числе и её, призвали в армию.
– Посадили нас на пароход, матери выли в голос, а мы пели песню «Прощай, любимый город…». Вот так мы уходили на фронт, не понимая, конечно, что такое война. Мне было 20 лет. Нас привезли в Ханты-Мансийск, там прошли военную комиссию, и снова на пароход – до Омска, 15 дней плыли. В Омске сначала на две недели определили на работу на минный завод. Он был эвакуирован и представлял из себя бетонированную площадку, на которой стояли станки. Сколоченные наспех щиты огораживали территорию. Моя подруга Клава работала токарем, а я в ОТК проверяла качество стабилизаторов для мин, (показали, как это делать). Голодно было. Выдавали на день кусок хлеба и ржавую селёдку. Есть хотелось всё время.

Восстанавливали железные дороги
Это было время, когда по всем фронтам начиналось наступление нашей армии и освобождение оккупированных территорий. Девушек сняли с завода, погрузили в товарные вагоны.
– Мы ещё были в своей одежде, не выдали никакого обмундирования, – говорит Барановская. – Перед отходом поезда нас разделили на два взвода. Первым взводом назначили командовать мою подругу Марину, а вторым – меня. Узнали, что везут нас в Ленинградскую область. Там распределили по частям. Меня направили на станцию Дворец. Второй взвод вошёл в состав 30-й железнодорожной бригады. Командиром был Корнаухов, начальником штаба – Крупень. Началась военная подготовка, нас учили стрелять, ползать и прочему. А в августе 1943 года наконец-таки мы получили обмундирование. Я попала в 38-й батальон нашей железнодорожной бригады. Бригада недаром называлась железнодорожной – мы занимались восстановлением железнодорожного полотна. Немцы при отходе взрывали пути, а мы их ремонтировали. Фронт продвигался, и мы вместе с ним дошли до Риги. А потом нас погрузили в эшелон и отправили на Украину, в Славянск. Позже, поскольку у меня было десять классов, перевели в политотдел бригады писарем.
В январе 1945 года Юлию демобилизовали по беременности. На войне в 1944 году она вышла замуж за заместителя начальника полиотдела 30-й железнодорожной бригады майора Людвига Викторовича Барановского. Он был старше её на 22 года, но это для 20-летней девушки не имело значения. Муж после окончания Великой Отечественной ещё попал на войну с Японией, так что увиделись они в 1947 году, когда он приехал за ней в Салехард, где жили тогда её родители и где 21 мая 1945 года она родила дочь Веру.

Муж разрешил учиться
Муж как кадровый военный получил назначение в Смоленск, в железнодорожный корпус.
– От вокзала мы шли пешком по Большой Советской на Крупскую, – вспоминает Юлия Анатольевна. – Смоленск стоял в руинах. Некоторые здания уже начали восстанавливать, увидела пленных немцев, которые работали на строительстве. И подумала: «Правильно, восстанавливайте то, что разрушили. Не мы начали войну!» Муж дослужился до звания подполковника. Но в 1952 году ушёл в отставку, не по своей воле, в 50 лет! Хрущёвское сокращение тогда сильно ударило по тысячам военнослужащих.
– Сыну было четыре годика, дочке семь лет, – вспоминает Юлия Анатольевна. – Муж очень переживал, он же три войны прошёл – финскую, Великую Отечественную, японскую, всю жизнь отдал армии и в 50 лет остался не у дел. Пенсию ему дали 70 рублей, а я вообще 32 рубля зарабатывала. Жили трудно. Но я шить умела, обшивала всех и ещё ришелье и филейной вышивкой занималась, принимала заказы. Одно время в парке культуры и отдыха работала художником. А потом решила учиться – поступать на вечернее отделение худграфа Смоленского пединститута. Муж ревновал меня, я же моложе, но учиться разрешил.

Дети пошли по стопам матери
Ещё до окончания худграфа она начала работать учителем изобразительного искусства в средней школе №7. 16 лет она отдала школе и в 55 ушла на пенсию, решила, что пора уступать дорогу молодым, а кроме того, надо было помогать семье сына растить внучку. Её дочь Вера и сын Владислав пошли по стопам матери – окончили худграф.
Вера Людвиговна 34 года проработала на Смоленской трикотажной фабрике художником по печати, награждена медалью «За трудовую доблесть». Сын стал дизайнером, работает и живёт в Смоленске. Но Юлия Анатольевна, когда внучке исполнилось пять лет, вернулась в родную школу и работала в ней до 77 лет учителем дополнительного образования. Муж умер 35 лет назад.
– Папа всё делал для семьи, – говорит дочь Вера. – А маму он очень любил! Вечерами мы рассматриваем фотографии, вспоминаем его.
– Мне повезло, что не одна я на старости лет живу, с дочерью. Мне завидуют: вот, мол, ты с дочерью! Я отвечаю: «Надо было не только сыновей, но и дочь рожать». Я из рода долгожителей. Папина сестра Нина Андреевна до 103 лет дожила в городе Гагарине. Дочь за мной хорошо ухаживает, вкусно кормит, гуляем, разговариваем, квартира у нас хорошая, пенсия у меня тоже хорошая. Почему ещё не пожить?..

Фото: Ольга ЧУЛКОВА
Крым. Вспоминая Михаила Пуговкина...
Укротители огня

Другие новости по теме


Новости партнеров