Археология – это судьба
Общество

Археология – это судьба

7 декабря 2020 года в 18:00

Биолог по образованию и археолог по призванию, учёный с мировым именем, сделавший многовековую историю Смоленского края достоянием общества... 6 декабря исполнилось 100 лет со дня рождения Евгения Альфредовича Шмидта.

За годы жизни Евгений Альфредович написал более 500 научных работ и несколько книг по археологии и древнейшей истории смоленской земли, он изучал племена Верхнего Поднепровья и Подвинья и исследовал, кажется, все курганы и материальные свидетельства древности в регионе, принял немалое участие в становлении советской археологии послевоенного периода и передал уважение к фундаментальной науке сотням своих студентов.

О талантливом учёном, выдающемся профессоре Смоленского государственного университета и сотруднике Смоленского музея-заповедника вспоминают его студенты и коллеги.

Исследователь из прошлого столетия

На одной из сохранившихся послевоенных фотографий Евгений Шмидт стоит у здания на Соборном дворе – в конце 40-х там располагался краеведческий музей. Этот снимок часто вспоминает Татьяна СТОЛЯРОВА, заведующая отделом археологии Смоленского музея-заповедника, студентка, а затем и коллега учёного.

«1949 год был тяжёлым временем для него, для музея и для страны вообще. Евгений Альфредович никогда не рассказывал о том, что переживал во время войны, он смог вернуться в общество, которое какое-то время было настроено к нему негативно из-за немецких корней и фамилии. В конечном итоге это время закончилось, и он смог преодолеть его, пойти дальше и не отступиться. Наверное, Шмидт всем примером своей жизни учил меня этому – надо пережить тяжёлый период и не отступать», – говорит Татьяна.

Археология для профессора была делом всей жизни – это был путь от увлечения в школьные годы до серьёзного вклада в науку. Путь этот тоже был сложным и тернистым, но Шмидт не отступил.

Исследования и раскопки привлекли его ещё в детстве, когда он жил в небольшом городе Бежица Западной области (она объединяла Смоленскую, Калужскую, Брянскую и часть Тверской губерний). Школьником он начал заниматься в археологическом кружке и участвовал в первых экспедициях, в том числе Смоленского краеведческого музея.

Несмотря на свою симпатию к изучению истории, учёный признавался: жизнь была непростой, от увлечения пришлось отказаться – профессию он выбрал «не по личным интересам, а по экономическим возможностям». Вместо Москвы или Санкт-Петербурга он приехал в Смоленск, где жили его родные, и поступил на естественный факультет Смоленского педагогического института. Однако спустя годы детское увлечение стало делом всей его жизни.

В 1949 году со своим коллегой он организовал совместную экспедицию краеведческого института и краеведческого музея по изучению северо-запада Смоленской области. Там Шмидт занимался и сбором археологических материалов. В этом же году он участвовал в работе Смоленской археологической экспедиции Московского государственного университета под руководством Даниила Авдусина и изучал насыпи Гнёздовских курганов. Так, спустя несколько лет он вернулся к своему увлечению и помимо основной работы в сельскохозяйственном секторе начал заниматься в краеведческом институте археологическими исследованиями.

«Он был человеком очень большой внутренней дисциплины: всегда выбрит, в костюме. Как бы плохо он ни чувствовал себя физически, он всё равно надевал костюм – свои доспехи, символ внутреннего умения собираться. Его способность работать спокойно и целеустремлённо – очень сильное качество, которое заражало. Мы рядом с ним как-то даже становились спокойнее и переставали суетиться. Эти качества он перенёс из первой половины XX века в век XXI. Немецкие черты аккуратности, добросовестности, педантичности, не знаю, как они проявлялись в быту, но в науке очень помогали ему и сформировали как учёного, позволили ему столько сделать в археологии и в движении науки вперёд», – вспоминает коллегу и наставника Татьяна Столярова.

Она признаётся: на её выбор профессии повлияли лекции по археологии и практика, которую первокурсники проходили летом. В то время студенты могли выбрать: посвятить недели работе в архиве или отправиться в поля. Последнее, по словам Татьяны, пользовалось большей популярностью:

«В тот год на археологическую практику записались 90% студентов. Думаю, что в этом есть большая заслуга Евгения Альфредовича. Нам достался участок с руинами монастыря на Кловке. Древние кладки, сама методика, жаркое лето – всё это создавало впечатление, что ты работаешь в Средней Азии. Ощущение новизны всего вокруг запомнилось довольно сильно. Кроме того, считается, что те, кто прошёл археологическую практику, становятся историками в полной мере. Даже если потом не будут этим заниматься, они увидели, как выглядит часть этой исторической науки и пропустили это через себя».

Образец советского учёного

В 1954 году Евгения Шмидта пригласили преподавать курс археологии в Смоленском государственном педагогическом институте. До 1962 года Евгений Альфредович работал преподавателем-совместителем, а затем перешёл на полную ставку и начал институтскую карьеру как ассистент кафедры всеобщей истории. В 1964 году он становится доцентом, а в 1977 году – профессором.

«У меня с Евгением Альфредовичем ассоциируется кафедра всеобщей истории, продолжительное время мы работали вместе, это была работа не только официальная – на кафедре всегда был дух неформального общения. Мы праздновали дни рождения, делились воспоминаниями, слушали рассказы наставников. Евгений Альфредович был один из тех, кто давал молодым преподавателям и учёным, аспирантам ценные наставления о том, что такое работа учёного, как нужно заниматься сбором сведений, преподносить материал и отстаивать научную ценность исследования», – говорит ректор Смоленского госуниверситета Михаил АРТЕМЕНКОВ.

Его знакомство со Шмидтом состоялось на первом курсе в 1995 году, позже молодой аспирант пришёл на кафедру, где уже несколько десятилетий работал профессор.

«Его главной научной страстью всегда было изучение археологии смоленской земли. Евгений Альфредович прошёл её с севера на юг и с запада на восток, и его описание основных исторических археологических памятников до сих пор используют исследователи. Он был образцом тех учёных, которые составляют славу советской науки. Несмотря на разные идеологические перипетии, изменения политики государства, он всегда придерживался научной истины и отстаивал её, делая это честно, последовательно, открыто. В этом, наверное, главный талант его как учёного, который он пытался передать молодому поколению», – вспоминает Михаил Артеменков.

Два года Евгений Шмидт был заместителем декана и 12 лет заведующим кафедрой всеобщей истории, хотя, как признавался сам, административная работа его не привлекала. Зато привлекало преподавание.

Педагог и наставник

«Педагогическая работа (лекции и семинарские занятия) была моим любимым делом. Я руководствовался принципами: в чтении лекций – научность по содержанию, и в изложении – доступность для усвоения студентами; на семинарских занятиях и на экзаменах – требовательность и справедливость в оценках», – вспоминал он в автобиографических записках.

Об этой требовательности, преследовавшей благие намерения, и о своих студенческих годах вспоминает профессор кафедры теории и истории государства и права, доктор исторических наук Михаил КАЗАКОВ. Он до сих пор хранит конспекты по археологии, написанные на первом курсе.

«Евгений Альфредович был одним из самых строгих преподавателей. Ещё тогда, в 70-х годах, сдача экзаменов Шмидту вызывала особые эмоции. На тех, кто сдал их, всегда смотрели с неподдельным студенческим интересом и уважением. Это был показатель того, что ты состоялся как студент. На его лекциях я впервые проникся тем, каким должен быть правильный профессор и преподаватель. Лекции всегда отличались живостью, он старался пробудить у студентов интерес, но это всегда сопровождалось высокой требовательностью и при этом доброжелательностью. Евгений Альфредович всегда во время занятий и экзаменов стремился в этой строгости подчеркнуть, что каждый студент прежде всего должен получить знания», – отмечает Михаил Михайлович.

Евгений Шмидт стал его наставником не только в университете, но и во взрослой жизни:

«Пожалуй, с Евгением Альфредовичем у меня ассоциируется многоэтажка на улице Кирова. Мы были соседями, жили в одном доме. У него была шикарная библиотека, он увлекался филателией, коллекционировал марки, у него была одна из самых значительных в Смоленске коллекций почтовых марок. Мы часто, когда заканчивались институтские мероприятия, шли домой вместе и разговаривали о преподавательских и научных вопросах, о жизни. Я считаю его своим учителем по жизни».

Напоследок

Память о Евгении Альфредовиче увековечена в сотнях научных работ и основательных монографиях. Дело его жизни музеефицировано в артефактах, которые хранятся в фондах Смоленского музея-заповедника и Государственного исторического музея: амфоры и орудия, монеты и украшения, а также другие уникальные свидетели жизни древних людей.

Многие экспонаты рассказывают и о нём самом. В экспозиции музея истории СмолГУ, идею создания которого Шмидт горячо поддерживал, есть несколько предметов, связанных с профессором. Это часть коллекции ручек (он собирал её так же скрупулёзно, как и марки), радиоприёмник (один из тех, которые транслировали студенческое радио тогда ещё в пединституте), который сохранил Евгений Альфредович, кисточка, миска и кружка археолога – участники экспедиций, а также многочисленные поздравления от коллег и студентов – как доказательство благодарности за его научную и преподавательскую работу.

Евгений Альфредович Шмидт ушёл из жизни 27 апреля 2019 года в возрасте 98 лет. Эпитафией на его могиле стали слова Иммануила Канта: «Две вещи наполняют душу всегда новым и более сильным удивлением и благоговением, чем чаще и продолжительнее мы размышляем о них, – это звездное небо надо мной и моральный закон во мне». Это правило он пронёс почти сквозь столетие.

«Когда он чувствовал усталость или досаду, он говорил: «Я живу не в своё время. Эпоха ушла, а я задержался в чужой эпохе». Это ощущение было в нём самом очень яркое», – вспоминает последние годы жизни наставника Татьяна Столярова.

«Судьба жизни» – так он объяснил путь к археологии в одном из своих последних интервью, уже подводя основные итоги. В кадре 95-летний доктор исторических наук всё так же подтянут и собран, в своих доспехах классического кроя.

Фото: из архива Смоленского музея-заповедника

Анастасия Разумная

За сутки 150 смолян заболели COVID-19
В Смоленской области провели 233725 тестов на COVID-19

Новости партнеров