Культура

Призрак княжеской коллекции

15 марта 2017 года в 13:23
Почему смоляне не видят сокровищ музея «Русская старина»

«Придите и владейте, мудрые», – написала Мария Тенишева на медном блюде, на котором вручила Смоленску ключ от своего бесценного дара – музея «Русская старина» с его богатейшими коллекциями. Однако новые владельцы должным образом сокровищем распорядиться не смогли – то ли мудрости не хватило, то ли желания…

Впрочем, смутные времена, последовавшие вскоре за этим событием, тоже не лучшим образом повлияли на сохранность коллекции. Война, революция, ещё две войны: гражданская и мировая… Перечень утраченных экспонатов сегодня представлен шестью книжными томами.

И всё-таки коллекция жива. Существенно поредевшая, но по-прежнему богатая бесценными предметами искусства. И… много лет скрытая от глаз большинства своих владельцев-смолян. Почему? Попытаемся разобраться вместе с ведущим научным сотрудником отдела фондов Смоленского музея-заповедника Валентиной СКЛЕЕНОВОЙ.


От «Скрыни»…


Вообще, вся история этой коллекции – теперь уже более чем вековая – яркий пример нашей российской беспечности в отношении к собственному национальному достоянию. Даже когда нам всё уже готовым преподносят буквально на блюдечке с голубой каёмочкой – ни оценить по достоинству, ни сохранить не можем…

Уже приняв и озвучив решение передать свою коллекцию Смоленску, княгиня Тенишева несколько раз обращалась к местным властям за поддержкой, но натыкалась лишь на непонимание и раздражение. Узость мышления местечковых чиновников не позволяла им увидеть реальные перспективы, которые открывались для города, владеющего подобным сокровищем. И если бы не настойчивость и патриотизм самой дарительницы, коллекция вполне могла стать достоянием Франции или Америки. Впрочем, обо всём по порядку.

26 июня 1898 года в Талашкине в здании художественной мастерской открывается музей «Скрыня» – прообраз будущей «Русской старины».

– С открытием музея стали видны пробелы в коллекциях, – поясняет Валентина Склеенова. – И Мария Клавдиевна с помощниками отправляется по древним городам и губерниям, где собирает первоклассные изделия народных мастеров. Не осталась без внимания и Смоленщина. Из двенадцати уездов губернии в музей поступили более тысячи предметов, отражающих крестьянский и городской быт.

Коллекция древностей пополнялась из материалов археологических раскопок, которые финансировала княгиня. А изделия восточных и западных мастеров, античные и культовые предметы в основном покупались в антикварных магазинах.

Был и ещё один источник пополнения коллекции – подарки, которые передавали музею представители практически всех сословий: дворяне, купцы, мещане, священники, крестьяне.

Отложенное открытие


К 1900 году многотысячная экспозиция уже не помещалась в здании «Скрыни». Мария Клавдиевна обращается к смоленскому губернатору с просьбой выделить под музей Никольскую башню – с условием, что после смерти княгини коллекция станет собственностью города. Ответом ей был решительный отказ.

Тогда княгиня решает построить здание на земле, подаренной ей близкой подругой и соратницей Екатериной Константиновной Святополк-Четвертинской. Задуманное осуществляется в 1903–1905 годах. Здание музея «Русская старина» построено по проекту Сергея Малютина, однако в его разработке приняли участие и сама Мария Тенишева, и хранитель Иван Барщевский.

В январе 1905 года коллекции перевезли из Талашкина в Смоленск, и новый музей был готов к открытию. Однако революционная ситуация в стране ставила под угрозу сохранность экспонатов. Митинги, манифестации, забастовки, погромы стали в городе обычным явлением.

Мария Клавдиевна опять обращается за помощью к смоленскому губернатору – на этот раз с просьбой взять музей под охрану. И снова получает отказ. Тогда княгиня принимает решение вывезти коллекцию из страны в более безопасное место.

Французские гастроли


В конце апреля 1906 года экспонаты доставляют в Париж. Часть их Тенишева размещает в своём доме на улице Октав Фелье. Там их видят её друзья, знакомые художники, ювелиры, любители старины.

Весть о необыкновенном собрании древностей быстро разносится по Парижу. И министр изящных искусств Франции Дюжарден-Боме предлагает Марии Клавдиевне выставить коллекцию в Лувре, в отделе прикладного искусства.

2 828 экспонатов из «Русской старины» были размещены в четырёх залах. Плащаницы, посуда из дерева и металла, народная вышивка, прялки, крестьянская одежда, женские головные уборы… Так в 1907 году Европа впервые увидела настоящее русское искусство. За пять месяцев, что работала выставка (с 10 мая по 10 октября), её посетили почти 80 тысяч человек.

– Это был триумф русского мастерства, – считает Валентина Склеенова. – По сути, княгиня Тенишева стала первой, кто открыл для Запада наше народное искусство.

Европейская пресса в полной мере разделила восторг обычной публики. Коллекцию провинциальной «Русской старины» ставили в один ряд с собраниями ведущих столичных музеев – Русского в Петербурге и Исторического в Москве. Сама Мария Клавдиевна удостаивается награды французского правительства.
По этому поводу Тенишева в своём письме Николаю Рериху напишет так: «Меня во Франции, положительно, балуют, и ещё раз вспоминаешь великую истину: нет пророка в своём Отечестве».

Для будущих поколений


После закрытия выставки в Лувре перед Марией Клавдиевной опять встаёт вопрос о дальнейшей судьбе «Русской старины». Снова обращение к губернатору Н.И. Суковкину – с вопросом, считает ли он целесообразным вернуть коллекцию в Смоленск. Тот отвечает, что он городовой и ему нет дела до частной собственности.

И всё-таки княгиня возвращает экспонаты в Россию. В 1908 году коллекция вновь размещается в здании «Русской старины». А 25 октября 1909 года музей открывается для посещений.

Параллельно Мария Клавдиевна пытается решить вопрос о передаче экспонатов в дар городу. Смоленские власти инициативу княгини оставили без внимания. Зато ей тут же поступили предложения из других мест: Таганрог, Екатеринбург, Нью-Йорк, Париж были готовы разместить коллекцию у себя на любых условиях. Однако основное условие у Тенишевой было одно: «Означенный музей должен находиться в г. Смоленске в полной неприкосновенности в том же помещении на вечные времена».

Исчерпывающим объяснением такому решению служит запись в личном дневнике княгини: «Я сказала себе, что храмы, музеи, памятники строятся не для современников, которые большей частью их не понимают. Они строятся для будущих поколений, для их развития и пользы…»

В итоге все условия безоговорочно принял Московский археологический институт, филиал которого открылся 1 октября 1910 года в Смоленске при финансовой поддержке княгинь М.К. Тенишевой и Е.К. Святополк-Четвертинской.

«Придите и владейте…»


30 мая 1911 года в зале Дворянского собрания Смоленска состоялся торжественный акт передачи музея «Русская старина» в дар городу. Юридически – через посредничество археологического института.

На торжество в город прибыли 30 профессоров во главе с директором института А.И. Успенским. Почтил своим присутствием мероприятие и «городовой» Н.И. Суковкин.

После пышных речей и громких славословий гости отправились в музей, где состоялся обряд передачи ключей. Ключи М.К. Тенишева преподнесла на специально изготовленном блюде из красной меди. На нём цветной эмалью было написано: «Придите и владейте, мудрые. Влагаю дар мой в руцы ваша. Блюдите скрыню сию, и да пребудут вовеки сокровища ея во граде Смоленске на служение народа русскаго».

– По сути, в 1911 году наш город стал обладателем уникального собрания, – замечает Валентина Склеенова. – Собрания настолько богатого и разнообразного по своему составу, что с ним могла соперничать только коллекция Петра Ивановича Щукина в Москве – та, что легла в основу Государственного Исторического музея.

На момент передачи в «Русской старине», согласно каталогам, находилось приблизительно 9 263 экспоната. Временные рамки – от античности по XIX век включительно.

– Термин «приблизительно» используется не случайно, – поясняет Валентина Ивановна. – Дело в том, что определить абсолютное количество предметов мы не можем. Те же археологические коллекции посчитаны по числу картонов, хотя на каждом из них находилось от 10 до 100 экспонатов.

Музей закрыт


В ведении института музей находился с 1911-го по 1920 год. Далее «Русская старина» перешла к Смоленскому губподотделу. Новой власти было передано приблизительно 11 145 экспонатов.

– К сожалению, единым собрание просуществовало совсем недолго, – рассказывает Валентина Склеенова. – Несмотря на то что на всех уровнях власти, от Москвы до Смоленска, была продекларирована нерушимость коллекции, уже через пару лет началось её «перераспределение». Наиболее ценные произведения вывозились в музеи Москвы, Загорска, Коломенского, Минска. Пока хранителем оставался Иван Фёдорович Барщевский, он пытался хоть как-то противодействовать этому, сохраняя прежде всего старую часть коллекции.

А в начале 30-х годов местные власти и вовсе принимают решение передать здание «Русской старины» под картинную галерею. Все экспонаты переводятся в подсобные сараи во дворе – бывшие конюшни.

– По сути, с этого времени музей «Русская старина» как единое целое просто перестаёт существовать, – резюмирует Валентина Ивановна.

В немецком плену


Во время Великой Отечественной войны здание «Русской старины» приспосабливается под общежитие немецких солдат.

– Экспонаты, которые там оставались, – а это живопись в двух залах на втором этаже и коллекции, рассованные по разным подсобным помещениям, – тут же были разграблены эмиссарами штаба Розенберга, – говорит Валентина Склеенова. – Коллекции княгини Тенишевой были на слуху у всей Европы, поэтому немцы прекрасно представляли их культурную и рыночную стоимость.

Бесценные экспонаты вывозились в Европу, оседая в частных коллекциях бонз третьего рейха. Кое-что удалось вернуть в 1945-м из Польши и Германии. Однако большая часть собрания с тех пор считается утраченной бесследно.

Пожалуй, больше всего пострадали археологические коллекции, коллекции монет, ювелирных украшений, стекла, фарфора, изделий из кости, а также всевозможных миниатюр на кости, перламутре и бумаге.

Чудом уцелело и само здание «Русской старины» – фашисты просто не успели взорвать заминированный дом.

Сохранённые сокровища


Во время войны была утрачена и учётная документация музея. Поэтому на то, чтобы выяснить, что осталось от коллекции М.К. Тенишевой, потребовались многие годы.

К концу 2007 года была установлена судьба семи тысяч предметов из коллекции Марии Клавдиевны Тенишевой. Из них 4 819 хранятся в Смоленском музее-заповеднике.

– Даже то, что удалось сохранить, может стать украшением любого центрального музея, – считает Валентина Склеенова. – Это иконопись, графические листы, царские врата, богатейшая коллекция крестьянской одежды разных губерний России, посуда, ювелирные украшения, археологические находки… У нас есть такие шедевры, как платье из рыбьей кожи или мерлинская шаль, от которой просто глаз невозможно оторвать. Или покров святого Ефремия – тончайшее лицевое шитьё, коллективный труд русских женщин. Считается, что этот покров был изготовлен в мастерской Анастасии Романовны – первой жены Ивана Грозного.

Имеющие глаза да увидят?..


Сейчас эти сокровища видят только сотрудники музея. Коллекция, переданная княгиней Тенишевой в вечное владение Смоленску, для большинства горожан, к сожалению, пока остаётся лишь фактом истории, ставшим со временем больше похожим на легенду.

– В принципе, все экспонаты готовы к тому, чтобы их показать людям, – говорит Валентина Ивановна. – Осталось найти средства на ремонт здания музея «Русская старина» и восстановление территории вокруг него. Дело в том, что сейчас здание просто утопло в земле. Кроме того, нарушена дренажная система. Поэтому, когда идёт дождь или снег, вода доходит до первой ступеньки в коридоре – приходится класть мостки.

Специалисты музея разработали и экспозиционный план. Он полностью учитывает все современные требования к демонстрации предметов старины. При этом предусмотрено, что несколько залов будет отдано теме истории музея «Русская старина» и людям, чьими трудами он создан.

– Конечно, Мария Клавдиевна – ключевая фигура, чьим умом, энтузиазмом, знаниями и душой была создана коллекция, – продолжает Валентина Склеенова. – Но не стоит забывать, что без моральной и материальной поддержки Вячеслава Николаевича Тенишева приобрести такое количество экспонатов было просто нереально. О нём почему-то вспоминают только как о промышленнике. А ведь это был образованнейший человек: этнограф, музыкант, он виртуозно играл на виолончели. А Екатерина Константиновна Святополк-Четвертинская?! Она тоже незаслуженно остаётся в тени своей знаменитой подруги…


* * *

«Придите и владейте, мудрые», – написала княгиня Тенишева на блюде, с которого передала Смоленску ключи от музея «Русская старина». Написала в надежде, что если не современники, то хотя бы потомки смогут по достоинству оценить и распорядиться этим бесценным сокровищем.

С тех пор прошло больше сотни лет. Новые поколения смолян уже по праву рождения номинально вступили во владение наследием Марии Клавдиевны. Наследием совершенно конкретным и, несмотря на свою неисчислимую культурную и историческую ценность, вполне материальным и осязаемым. Однако в сознании большинства по-прежнему остающимся лишь призрачным флёром к «делам давно минувших дней»…
«Вяземский пряник» из Смоленской области выиграл конкурс «Диво России»
Смоленские ребята из группы #всё сложно сняли клип

Другие новости по теме


Новости партнеров