История

Воздушный рабочий войны

24 февраля 2010 года в 11:02
1531

Совсем мало остаётся в живых участников Великой войны, поэтому особенно ценны те свидетельства, в которых нет места идеологической шелухе, а лишь живая, подчас неприятная правда о той войне.

Александру Алексеевичу ПУЗЫРЁВУ далеко за 80, он был лётчиком-бомбардировщиком, много раз, смотрел в лицо смерти.

Отец его был финансистом, работал в банке, снимал в Москве хорошую квартиру, дружил с кем-то из графов Воронцовых. По убеждению был демократом, поэтому Февральскую революцию встретил нормально, ожидал перемен к лучшему, как и многие в то время. Потом большевики организовали богатым "красный террор". Пузырёв-старший уехал подальше, в городок Щёкино Туль¬ской области. Но компетентные органы в 1937 году добрались и туда: и он сгинул в недрах ГУЛага.
Сын его – Александр Алексеевич Пузырёв – родился в 1922 году, закончил с отличием десятилетку в 1940 году и поступил в Плехановский институт в Москве. Но надвигалась война, очередной призыв в Красную Армию коснулся и его. В ноябре 1940 года Пузырёв стал курсантом Мелитопольской лётной школы.

Войну ждали, к ней готовились. Однако пошло не так. В первые дни войны сформировали боевое бомбардировочное подразделение. Часть курсантов посадили в кресла воздушных стрелков, остальных эвакуировали на восток. Александр попал в экипаж двухместного биплана-разведчика Р-5. Вскоре состоялся первый боевой вылет на бомбардировку понтонного моста, который немцы наводили через какую-то речушку. К нужному месту подлетели на большой высоте, затем лётчик выключил мотор и в полной тишине спланировал к переправе. Бомбы были сброшены, но Пузырёв не заметил, попали они в мост или нет, ибо немцы открыли по ним огонь из пулемётов. Самолёт был подбит и упал куда-то в камыши. К счастью, немцы их не искали, и домой экипаж вернулся без особых приключений. К слову, в начале войны лётчиков, оставшихся без самолётов часто, включали в пехотные подразделения и бросали в бой. Сколько опытных и умелых лётчиков полегло тогда – не считал никто. Поэтому пришлось воевать желторотым юнцам с чисто условной лётной подготовкой. А ведь немецкие лётчики, если имели налёт менее 450 часов, вообще в бой не допускались...
Когда все самолёты были потеряны, оставшийся лётный состав едва не попал в плен. Хорошо, что среди отступающих попался майор-особист и направил людей в эвакуацию. Александр с товарищами попали в свою школу, которая уже перебазировалась за Волгу.

Осенью 1942 года Пузырёв закончил школу и в звании старшего сержанта прибыл в запасной разведывательный полк авиации дальнего действия (АДД), базировавшийся за Волгой. Этот полк называли расстрельным. В то время шла битва за Сталинград, в которой и пришлось участвовать Пузырёву. Разведчики на бомбардировщиках ДБ-3Ф улетали в разведку и обычно не возвращались. Экипаж выходил в заданный район и передавал увиденное разведывательному отделу фронта. Александру поначалу везло – совершил два удачных вылета. А при возвращении с третьего его перехватил "Мессершмитт-110". Пузырёв мог бы уйти в облака, но приказ обязывал при перелёте через Волгу снижаться до 300 метров, дабы не демаскировать аэродром. При снижении немец открыл огонь, подбил самолёт и ранил лётчика. Малая высота не давала возможности прыгнуть с парашютом, самолёт упал в поле. Александр выбрался из горящей машины, пробежал немного, но из-за ранения в ногу упал и потерял сознание. Его подобрал какой-то калмык и доставил на верблюде в воинскую часть. Потом его долго возили по госпиталям, там вылечили и ногу, и развившееся крупозное воспаление лёгких.

После ранения полагался отпуск до полного выздоровления, и Пузырёв уехал домой, под Тулу. Отпуск кончился, и Александр прибыл в областной военкомат, где его зачислили в маршевую роту и собирались отправить в пехотный полк. Но среди его товарищей оказался лётчик, который уже знал о личном приказе Сталина направлять лётчиков в лётные части. Удалось пробиться к военному комиссару. Пузырёв хотел летать и добился перевода в бомбардировочное подразделение.
Попал в Иваново, затем в маленький городок Киров Калужской области. Там базировался полк АДД, на вооружении которого были американские бомбардировщики "Бостон А-20". На этом аэродроме базировался истребительный полк, в котором служил Василий Сталин. Пузырёв видел его, но знакомы они не были.
Полк выполнял боевую работу, участвовал в Курской битве, бомбил немцев под Орлом, Брянском, Рославлем. Летали по ночам, поэтому потерь было немного. Выполняли секретное задание по метанию кассет с зажигательной смесью в лесах Брянской области, причём настолько секретное, что даже из полётных книжек вырезали странички с описанием этих полётов.
После Курской битвы полк переместился в Жуляны, под Киев, где перестал существовать как боевая единица. Какой-то ретивый начальник послал две эскадрильи самолётов днём бомбить Львов. Толку от такой акции было мало, а из 18 самолётов вернулись только пять. Среди уцелевших был и самолёт Пузырёва. Полк отвели на переформирование в Ярославль.

Началась усиленная боевая работа. Бомбили днём, и потери были колоссальные. Истребители, обычно американские "Аэрокобры Р-39", прикрывали только до определённого рубежа, и немцы не трогали наши бомбардировщики, а как только истребители уходили, наваливались скопом. Редкие вылеты обходились без нападения противника, и уж совсем редко, когда возвращались без потерь.
Летали бомбить базу подводных лодок Пиллау, заводы по изготовлению "Фау" на острове Узедом. Полк ожидал награждения званием гвардейского – тогда и снабжение, и обеспечение было бы получше. Но получили орден Суворова. По случаю такого события запланировали выходной день и вечером как следует отметили. Но в четыре утра всех подняли по тревоге и отвезли на аэродром. Был получен приказ нанести бомбовой удар по аэродрому противника, на который, по данным разведки, перебазировалась эскадра истребителей "Фокке-Вульф-190", имеющая целью прикрыть отход Кёнигсбергской группировки немцев. Взлетали с похмелья, но прошло без происшествий. Бомбовый удар был точен, получили благодарность от маршала Новикова, и все экипажи были представлены к наградам. Но через неделю награждать было почти некого – таковы были потери. А Александру Пузырёву везло. До 22 февраля.
В этот день летали бомбить городишко Хель. При атаке истребителя, опять злосчастного "Ме-110", осколок снаряда попал лётчику в голову. Как он выпрыгнул из самолёта и открыл парашют – не помнит. Очнулся на земле, когда артиллеристы несли его в госпиталь. Когда с головы снимали пробитый шлем, потерял сознание. Ранение в голову и контузия поставили крест на лётной работе.

Потянулись долгие годы лечения в госпиталях. Предстояло увольнение с военной службы без всяких перспектив на будущее. Но опять помог случай. Будучи в Москве, при переезде из одного госпиталя в другой Пузырёв встретил у Большого театра сослуживца по полку Ежова. Тот приехал, чтобы участвовать в воздушном параде по случаю Дня авиации. И этот друг привёл Пузырёва к командиру полка Солнышкину. Командир предложил после излечения приехать в полк – там всегда местечко найдётся. Так и получилось.
Нашли Пузырёву в полку наземную должность, а при первой возможности дали направление в академию в Ленинград. Поскольку учился Александр всегда хорошо, то после академии попал в так называемый "почтовый ящик" – секретное предприятие по разработке авиационной и ракетной техники, где и проработал до пенсии, на которую вышел в звании инженер-полковника. Видел многих легендарных личностей, таких, как Туполев, Яковлев, Архангельский. Наведывались на испытания новой техники и первые лица государства. В общем, повидал много. Много лет живёт в Смоленске.
На вопрос: "Как воевали?" – отвечает: "Плохо мы воевали. Победили только нечеловеческого труда за счёт громадных жертв". Героями себя и своих товарищей не считает. Настоящие герои, по его мнению, это простые, ничем не примечательные люди. Он видел таких на заводах: они работали на Победу. Да военные техники, готовившие самолёты к полётам и жившие в землянках при аэродромах, без самых элементарных удобств. Среди них было очень много женщин. Да, война, как сказал кто-то из поэтов, – это просто трудная работа. И Александр Пузырёв тоже был простым рабочим. Как в хорошей песне: "воздушным рабочим войны".

\"Дедушка\" - партизанская легенда
Ни забыть, ни простить невозможно

Rambler's Top100