Большой концерт для маленькой компании
Культура

Большой концерт для маленькой компании

5 апреля 2017 года в 13:57
327

В Смоленске выступили Людмила Мадонова (фортепиано) и Екатерина Сидоренко (флейта)

Людмила Мадонова и Екатерина Сидоренко приехали в Смоленск с благотворительным концертом. Все средства, вырученные от продажи билетов, пойдут на лечение детей Донбасса. Хотя средств этих, к сожалению, удалось собрать немного – из-за недостатка рекламы концерт получился очень камерным. Впрочем, на качестве выступления малочисленность публики никак не отразилась, и зрители смогли в полной мере насладиться классической музыкой в исполнении дуэта рояля и флейты.

Помочь детям


– Ваш концерт в Смоленске прошёл в рамках благотворительного тура…

Людмила Мадонова: Да. Это уже пятый город, где мы выступаем со своей программой «Фантазии на темы…». Мы с Екатериной сделали её специально для этого тура. Она полностью состоит из классических шлягеров, поэтому её легко воспринимать любому зрителю.

– С фондом «Донбасс-Добро» вы давно сотрудничаете?

ЛМ: С октября прошлого года. Тогда было наше первое выступление в Донецке. К сожалению, местная филармония деньги за тот концерт фонду так и не перечислила. Хотя зал был полный и сумма, которая могла пойти на лечение детей Донбасса, была весьма приличная.

– Ничего себе! Казалось бы, уж там как никто должны понимать ситуацию…

ЛМ: Да, но они как-то странно себя повели, и я такому поведению не нахожу объяснений. По сути, они ведь украли эти деньги у собственных детей.

– Больше таких казусов, надеюсь, не было?

ЛМ: Больше не было.

– А почему вообще вы решили заняться подобной благотворительностью?

ЛМ: Потому что, приехав в Донецк, я собственными глазами увидела, что там происходит на самом деле, как люди живут…

Екатерина Сидоренко: Мы музыканты, и, наверное, поэтому острее чувствуем чужую боль и горе. И очень хочется помочь. В данном случае – своими выступлениями, когда приносим удовольствие тем, кто нас слушает, и помогаем тем, кто в этом нуждается.

ЛМ: А может, это вообще у меня в крови. Потому что мои бабушка с дедушкой во время Великой Отечественной не только воевали, но и выступали с концертами – на передовой, под бомбёжками. Так что, наверное, мне это всё передалось от них по генам.

– В Донецке вам пришлось выступать под бомбёжками?

ЛМ: К счастью, нет. Когда мы приехали в Донецк, было всё тихо.

ЕС: Да, мы попали туда как раз в период затишья…

ЛМ: …Но всё равно напряжение чувствовалось во всём. Комендантский час, разрушенные дома, очень тяжёлая обстановка. Казалось, что сам воздух был буквально пропитан войной.

ЕС: Как бы банально это ни звучало, но война – действительно большое горе. К сожалению, в политической интриге на Украине отдуваются те, кто совершенно к ней непричастен. Люди страдают – это страшно. Но ещё страшнее, когда это касается детей. Поэтому наше желание сделать хоть что-то, чтобы им помочь, искренне.

Только для избранных


– В Донецке вы были впервые?

ЛМ и ЕС: Да.

– А в Смоленске?

ЛМ: Я здесь уже много раз бывала. И надеюсь, что этот будет не последним.

ЕС: А я впервые.

– То есть сегодня вам предстоит знакомство с нашей замечательной публикой, о которой практически все артисты отзываются с большой теплотой. Людмила, я права?

ЛМ: Да. На всех моих выступлениях был очень хороший приём. У вас действительно благодарная публика. И мне очень нравится здесь играть.

– А то, что сегодня, к сожалению, будет далеко не аншлаг, вас расстраивает?

ЛМ: Если честно, мы даже думали отменить или перенести концерт. Но потом всё-таки решили выступать. Именно перед теми, кто откликнулся на просьбу о помощи больным детям, – с благодарностью к этим людям.

– Зритель, который приходит на благотворительные концерты, отличается от обычного?

ЛМ: Нет. В любом случае люди приходят просто слушать музыку.

ЕС: Ну, может быть, каким-то изначальным настроем, отношением. Всё-таки человек понимает, что деньги, отданные за билет, в данном случае пойдут…

ЛМ: …не кому-то в карман, а на лечение детям.

Всё в этой музыке…


– В интернете о вас очень мало информации. Хотелось бы восполнить этот пробел. Самый тривиальный вопрос: почему стали музыкантами?

ЛМ: Наверное, у меня просто не было выбора. Вся семья музыкальная: мама, папа, дедушка, бабушка. Естественно, что с самого раннего детства меня стали учить музыке. Потом ЦМШ, консерватория, аспирантура. В общем, я как-то особенно не выбирала – просто так получилось.

ЕС: А у меня мама флейтистка. И я всегда знала, что хочу играть именно на флейте. С самого детства маму упрашивала, хотя она поначалу сопротивлялась и не хотела меня учить играть на инструменте. Так что хоть семья у меня и не сказать, что музыкальная, но у нас с мамой уже получается флейтовая династия.

– И никогда не было желания всё бросить и попробовать себя в чём-то другом?

ЛМ: Нет. Даже сейчас, несмотря на проблемы, сложную ситуацию с концертами, с тем, чтобы пробиться… Мне нравится играть, и у меня никогда даже мысли не возникало это бросить. Более того – я живу музыкой. Если у меня это отнять, я, наверное, умру.

ЕС: Я тоже никогда не думала о другом занятии. Наверное, это всё-таки моё призвание – песня моей души.

«Укротительница тигров»


– Моя любимая тема – взаимоотношения артиста и инструмента. Я знаю, что некоторые говорят о своём инструменте как о ком-то одушевлённом…

ЕС: Любой инструмент – живой. Он всегда откликается на посыл, который ты подаёшь. Я однажды играла в оркестре соло на пикколке и за сценой призналась, что не люблю этот инструмент. Вышла выступать, и с первых же тактов соло не задалось – пикколка мне отомстила. А свою флейту я очень люблю. Это мой голос. То, чем я творю, чем могу выразить свои чувства и мысли, передать те эмоции, что композитор заложил в музыкальное произведение. Это как голос для вокалиста.

ЛМ: Для меня рояль – мужчина. Как правило, норовистый, с характером. Но я его всегда подгибаю под себя – подчиняю инструмент себе, иначе он меня просто поглотит.

– То есть вы немного «укротительница тигров»?

ЛМ: А у меня просто нет другого выхода. Либо я его, либо он меня.

– И насколько долгим бывает знакомство с новым инструментом? Вам ведь постоянно приходится играть на разных…

ЛМ: В принципе, я уже с первой ноты понимаю, что это за инструмент и как с ним обращаться.

Немного волшебства


– Сцена для вас место магическое?

ЛМ: Да, и примеров в подтверждение этому было достаточно много. Вот, может быть, самый яркий. Я как-то очень сильно заболела – температура была настольно высокая, что даже с постели я вставала с трудом. А отменить выступление никак было нельзя. И вот в таком состоянии я вышла на сцену и тут же забыла о температуре. Это действительно некая магия. Как будто сцена на то время, что я была за роялем, просто забрала мою болезнь.

ЕС: Для меня сцена – определённо волшебное место. Когда на неё выходишь, просто забываешь, что ты земное существо. Может, это немного пафосно, но ты на время становишься частью инструмента, на котором звучит музыка.

– А кроме сцены есть какие-то места, куда вам постоянно хочется возвращаться?

ЛМ: Я всегда хочу возвращаться домой. Мой город – Москва, я коренная москвичка. И где бы я ни находилась, меня всегда тянет в свой район, в центр, на Красную Пресню.

ЕС: Конечно, дом. Я сама родом из Волгограда и всегда с удовольствием приезжаю туда. К маме под крыло – это вообще самое волшебное место.

Музей русского импрессионизма представит в Смоленске проект «Картина в библиотеке»
Сергей Шикин: «Наши песни понятны всем»

Rambler's Top100