Дороги

Доктор из детства

7 сентября 2011 года в 18:32
1071

Эту улыбку и доброе отношение к людям я помню с детства, когда приходилось бывать в поли-клинике Ершичской центральной районной больницы на приёме у Лидии Георгиевны ЕРЁМИНОЙ.
После первых же минут общения с ней детский страх куда-то улетучивался, а процесс лечения протекал намного легче и быстрее, словно под воздействием некой целительной энергии. О том, что любимый врач ещё ребёнком пережила оккупацию, а за самоотверженный труд была удостоена высоких правительственных наград, мне стало известно много позже. Раннее детство её прошло в большой крестьянской семье. Мама – Софья Иосифовна Хрипачёва – трудилась в местном колхозе.

Лиде было всего девять лет, когда началась война. Отец оказался из числа «белобилетников», и на фронт его не взяли. В августе 1941-го район был оккупирован. На семейном совете решили вернуться в деревню, поскольку там было безопаснее.
У дедушки с бабушкой сначала и впрямь было относительно спокойно: готовили запасы на зиму, пилили и кололи дрова. После дележа колхозного скота семье досталась лошадь. А через некоторое время в деревне стали появляться наши солдаты, выходящие из окружения. Они пытались пробиться к линии фронта. По вечерам приходили такие люди и в дом к Хрипачёвым. А днём приезжала «новая власть», и вовсю шла агитация в полицаи. Спустя несколько дней отец и старший брат Гриша ушли в лес, в партизанский отряд Озернова.
Оккупанты, конечно, не забывали наведываться, забирая всё, что им приглянётся, вплоть до постельного белья. Лютой зимой 1941-42 гг. фашисты страшно мёрзли – у них были тонкие шинели, пилотки и сапоги.
В апреле 1942-го вдруг арестовали мать. Софью Иосифовну увезли в Ершичи, где ежедневно по нескольку часов допрашивали. В тесной камере на полу размещались восемь человек, свет проникал через маленькое оконце. Заключённых, в том числе и женщин, пытали, избивали кнутом. Но от матери Лидии ничего добиться не сумели, да и улик против неё не было. Тогда решили её отпустить, установив слежку. Два нескончаемо долгих года оккупации сравнить невозможно ни с чем. Простые советские люди перенесли столько горя и страданий, что с лихвой хватило бы и на 20 лет. Но всему рано или поздно приходит конец.
Это случилось в сентябре 1943-го. Староста, не раз спасавший подростков от угона в Германию, предупредил и на этот раз.
17 сентября, не дожидаясь расправы, почти все жители Сморкачёвки спешно покинули родные хаты и ушли в глубь леса. Староста решил разведать обстановку в деревне. Фашисты жгли всё подряд. Соваться туда было опасно. А на другой день наткнулись в лесу на наших солдат. Какая же радость охватила измождённых людей! Все плакали от счастья, целовались, кричали «ура»…
Теперь можно было без страха возвращаться в родную деревню. Но что увидели люди! Повсюду чернели остовы домов да печные трубы. И всё же этот день – 25 сентября – стал самым счастливым и радостным.
Когда закончилась война, Лида Хрипачёва вновь смогла пойти в отстроенную всем миром школу, обучение в которой прервала война. Все школьники были переростками, полуголодными, плохо одетыми, без книжек, тетрадок и ручек. Дружили крепко, помогали друг другу, делились тем, что имели, как взрослые, так и дети.
В 1948 году у Лидии случился острый приступ аппендицита, едва успели до больницы довезти. Операцию делали без наркоза, поскольку из всех медикаментов в наличии был только стрептоцид. Три часа длилась упорная борьба за жизнь девочки, а затем ещё с месяц ей пришлось провести в больнице под наблюдением. Именно тогда, видя самоотверженный труд людей в белых халатах, она и решила стать врачом. Поступила в Смоленский мединститут.
В 1957 году молодого врача направляют на работу в родной район. За год до этого она вышла замуж за молодого учителя В. Ерёмина. Так сам собой был решён вопрос выбора места работы. При населении района в 32 тысячи человек на всю ЦРБ приходилось всего четыре врача. Сама больница размещалась в одном здании, где вместе лежали и взрослые, и дети. Здесь же были инфекционная и туберкулёзная палаты, родильное отделение. Молодой, энергичной Лидии Георгиевне поручили самый большой и ответственный участок – педиатрический. Прививки, выезды на село, профилактика, лечение… Нужно было ездить по вызовам в любое время, любую погоду на лошади, попутном тракторе, а чаще – пешком. Но трудности её не пугали.
– Как жили в то время? Да как все, – вспоминает Лидия Георгиевна. –Удобств никаких не было, электричество давали всего на пару часов в сутки, а в остальное время пользовались керосинкой. За водой надо было ходить к колодцу с вёдрами, а чтобы бельё прополоскать – на речку. Муж сам носил воду, колол дрова, вскапывал огород. Мы всё старались делать вместе и никогда не ругались…
Может быть, именно в этом и есть счастье? Просто жить и любить, быть нужным людям. Вот в чём истинное богатство и смысл жизни!
41 год отдала Лидия Георгиевна любимому делу, излечив и дав надежду нескольким поколениям. Многие уже сами на пенсии, но по-прежнему любят и уважают своего доброго доктора. К ней до сих пор обращаются за помощью, советом.
Родина сумела оценить такой самоотверженный труд по достоинству. За юбилейной медалью к 100-летию Ленина последовал орден «Знак Почёта». Но самой дорогой стала высшая государственная награда – орден Ленина.

Поможем детям вместе!
Протез и прогресс

Rambler's Top100