Культура

Третий показ «Мнимого больного». Записки из зала

19 апреля 2011 года в 16:35
1803

На днях Смоленский областной театр кукол имени Светильникова снова показал «Мнимого больного» Мольера в постановке Галины Карбовничей. Публика принимала спектакль очень тепло, думаю, актёры испытывали подъём от такой встречи. Уже как-то говорил об этом и хочу повторить снова и снова: этот спектакль должен посмотреть каждый человек, стремящийся считать себя культурным. «Мнимый больной», как и «Клоп» – событие в театральной жизни Смоленщины. Не пропустите! Театр был и остаётся самым благородным видом проведения досуга. А это, согласитесь, чего-нибудь да стоит! (как любил прибавлять Андерсен)

…Когда Арган затеял игру в напёрстки с собственными разноцветными экскрементами, в зале раздался радостный хохот врачей. Ещё, я заметил, в зале было подавляющее большинство женщин – мужчин всего человек шесть из семидесяти. Вот такая гендерная особенность любви к театру…

Видя сильные куски, а их большинство, я чувствую, как актёры обмениваются энергией со зрителями – как в музыке. Понимаешь, что игра – это Божественное развлечение. Когда режиссёр и актёры достигают высот мастерства, всё кажется простым, очевидным, лёгким, заразительно-счастливым: кажется, что ТАК играть – легче лёгкого, всё происходит настолько увлекательно и обманчиво просто, что хочется самому присоединиться к этому пиру!..

Вместе с тем в моей зрительской голове возникают вопросы, на которые у меня нет ответа. В интервью Галина Алексеевна неоднократно указывала, что Арган – домашний тиран. Но этого я не вижу на сцене. Самым толковым и свободным персонажем является Туанетта (восхитительная Ирина Мезенёва). Она легко управляется со всеми обитателями дома, ведёт себя предельно независимо и умно, с ней считается сама хозяйка. Арган на сцене пресмыкается перед женой, боится её, и уж в отношении её он никак не тиран, скорее – жертва. Возможно, он срывает свой гнев на Луизон, но этого недостаточно, чтобы всерьёз трактовать его как главного упыря. Арганом помыкает собственная жена, сонм врачей, с ним достаточно высокомерно держит себя брат – какой же Арган тиран после этого??

В финале спектакля фигура Аргана разрастается до этакого Карабаса-Барабаса, однако выглядит эта метаморфоза нелогичной, притянутой за уши: его близкие не стремились лечиться, глядя на его придурь, так какого чёрта им попадать в зависимость от него, когда он стал врачом?!

Совершенно неправдоподобна история о влюблённом ростовщике Полишинеле! (хотя жена смеялась) Ростовщик – влюбился? И у него нет денег, чтобы расплатится с полицией, которая ему сейчас наваляет?? И он перестрелял полицейских, как куропаток??? Это не Полишинель, а Чили Палмер («Достать коротышку») какой-то!..
Откровенно скучал на интермедии с советами нотариуса: не цепляет. Хотя, казалось бы, какая злоба дня!.. И ещё вот какая крамольная мысль: с актёрами на сцене гораздо интереснее, чем с куклами.

Ещё мне не понравилась песня о любви. Она никакая. Она заметно слабее общего уровня постановки. Понимаю, что зарплаты провинциального театра кукол недостаточно для написания яркого, запоминающегося номера, однако в подобном случае Влад Макаров в Камерном театре просто заимствует чужую музыку. Может, это происходит не без нарушения авторских прав, но спектакль только выигрывает.

Номер с цыганками, безусловно, хорош, но выглядит искусственной вставкой; не очень-то понимаешь, что брательник предлагает Аргану развеяться – отправиться к бабам… (прошу прощения за сальность)

Сергей



В сцене с нотариусом важен не текст, который произносят актеры за ширмой, а то действие, которое разворачивается при помощи кукол. Расстояние, прикосновения, движения открывают второй план – отношений между Арганом, его женой и нотариусом, фактически раскрывая злой умысел Белины.
Кстати, лишь два персонажа действуют исключительно в виде кукол – нотариус и Полишинель, обоих играет Алексей Ефимов.
Появление цыганок – это призыв к веселью, радости жизни, ничем не обоснованный, кроме как природным оптимизмом брата главного героя, его желанием встряхнуть больного.
Арган – человек зависимый, но при этом болезнь прикрывает его взбалмошность и вспыльчивость. Всё начало спектакля он яростно стучит о жёсткую подстилку, кричит, топает ногами, пытаясь подчинить служанку и дочь. Но вот приступ слабости, он хватается за сердце, за живот и тут же становится послушным заложником тех, кто за ним ухаживает. Его болезнь оказывается выгодна семье, а эффект выздоровления оборачивается жестоким уроком для всех, кто им прежде манипулировал. Такой вариант вполне возможен в жизни, но для весёлого спектакля, комедии финал мрачноват.

Надежда



Про ростовщика, цыганок, финал стоит повнимательней прочесть в пьесе у Мольера. А про тиранство Аргана вы вправе рассуждать – это ваше понимание и видение и трактовка.

Галина Алексеевна КАРБОВНИЧАЯ

Третий показ «Мнимого больного». Записки из зала

Режиссёр Виталий Барковский. Ждёт ли зрителя сюрприз?
Смоленский камерный оркестр: 20 лет счастья в музыке

Rambler's Top100