Культура

"Не бывает пророк без чести…"

15 января 2010 года в 14:14
2486

У картин народного художника России Вячеслава Самарина трудная судьба. И во многом потому, что партийная номенклатура, чиновники от культуры и даже некоторые коллеги-художники никак не могли постигнуть особенности образного мышления художника.

Слишком уж обыденными и даже приземлёнными казались герои его картин. То это рыбак-помор, сидящий спиной к зрителю, выставив наружу под лавкой свои голые пролетарские пятки, то пожилая крестьянка, смиренно сидящая на лавке в своей сиротски опустевшей избе, и уж совсем "из ряда вон" мёртвый солдат, представленный живым, с устремлённым в вечность взглядом голубых глаз. Его "Рядового Мухина" успевали вынести из зала за несколько часов до открытия выставки. Члены столичных выставкомов, маститые художники, только вздыхали: "Покажешь как-нибудь в другой раз". А сколько было откровенного недоброжелательства по поводу постоянных изменений в его картине "Крестный ход" (впоследствии она получила название "Страна берёзового ситца").
Вот и нынче на предложение выдвинуть произведение искусства на соискание премии Центрального федерального округа Российской Федерации (это своеобразная Государственная премия Центральной России) в номинации "Живопись и скульптура" поддержали далеко не все. А инициативу по выдвижению на соискание премии триптиха народного художника России В.Ф. Самарина "Эхо" взяла на себя региональная общественная организация "Ассоциация содействия культуре" (президент Ж.Г. Кузьмина). Триптих этот состоит из картин "Рядовой Мухин с войны не вернулся" и "Васильевна", а также центральной части – картины "Страна берёзового ситца". Работал над ним художник с 1982 по 2008 год, целых двадцать шесть лет!
За это время выросло целое поколение, которое зачастую знает о великой трагедии народа лишь по акции с георгиевской ленточкой, развевающейся на антеннах машин.
Мало кому из молодых придёт сейчас в голову, что рядовой Мухин, стоящий с простреленной грудью в крестьянском доме, где мирно посапывает в колыбельке младенец, – это один из тысяч и тысяч деревенских парней, многие из которых полегли в первом же бою. Что он один из тех русских солдат, кто, выпрямившись, как на картине, во весь рост, заслонил собой страну, беспомощных женщин, стариков и детей, кто усеял своими костями поля, леса и болота не только родной Смоленской земли, но и половины Европы.
Сейчас уже немногие могут сообразить, что Васильевна, сидящая в одиночестве у печки в своей избе, – это одна из тысяч и тысяч солдатских вдов, составивших большую часть женского населения разоренной войной Смоленщины. Что за её кажущейся безропотной покорностью судьбе кроется великое терпение - та неведомая врагу сила характера, которая помогла русским женщинам вынести неимоверные тяготы войны. В то время, когда художник работал над картиной, подобную "Васильевну" можно было увидеть едва ли не в каждой второй крестьянской избе. Да, пройдёт еще совсем немного времени, и останется на Смоленщине только одна "Васильевна". Та, которая на картине Вячеслава Самарина.
Поначалу картины "Рядовой Мухин с войны не вернулся" и "Васильевна" составляли диптих. Но вскоре художник стал работать над картиной с изображением поклонного православного креста, в верхнее перекрестье которого он поместил парчовый, украшенный жемчугом, старинный женский головной убор, привезённый им с русского Севера.
Новая картина, получившая название "Страна берёзового ситца", вобрала в себя жизненные наблюдения художника и его натурные зарисовки, начиная ещё со студенческих времен. Она полна ассоциаций. Здесь и стая лебедей, как символ нравственной чистоты народа, и дивный храм Покрова на Нерли, как указание на покровительство Богоматери русской земле, и фрагменты репродукций с васнецовской "Алёнушки" и нестеровского "Димитрия царевича убиенного", как свидетельство преемственности в русском искусстве. На поклонном кресте, под "золотой короной" головного убора Самарин поместил фотографию своей матушки - Елены Дмитриевны Самариной, памяти которой он посвятил картину. На другом кресте - портрет С.А. Есенина, которого художник боготворит и часто читает его стихи наизусть. Всё вместе – это образ нашей Родины, её векового крестного пути.
Произведения 283 номинантов экспонировались в Москве в залах Российской академии художеств. Картинам художника из Смоленска предоставили целую стену. Триптих "Эхо" показали в выпуске новостей телеканала "Культура", долго держали крупным планом "Васильевну". Восторженно отозвался о самаринском триптихе народный артист СССР Василий Семёнович Лановой (см. фото внизу), высоко оценил работу художника президент Российской академии художеств Зураб Церетели.
Совместным решением полномочного представителя Президента Российской Федерации в Центральном федеральном округе Г.С. Полтавченко и Экспертного творческого совета, возглавляемого Н.С. Михалковым, смоленскому художнику Вячеславу Фёдоровичу Самарину была присуждена третья премия.
Говорят, что нет пророка в своём отечестве или, если точно следовать Евангелию: "Не бывает пророк без чести, разве только в отечестве своём и в доме своём" (Мф. 13, 53-58). Можно ли говорить, что Самарин остался "без чести в доме своём", ведь в конце концов все его полотна оказались в музее, но то, что он их выстрадал (над каждой из своих картин он работал не меньше пяти лет) – это точно. Картины художника, как правило, не столько возвращают нас в прошлое, сколько взывают к памяти. Достичь этого можно только через образ – глубокий, проникновенный. Неумолимое время всё больше и больше отдаляет нас от трагических событий в истории страны. То, что для самого художника и его сверстников с послевоенным детством звучит как "Эхо", для нынешнего поколения представляется его далёкими отголосками. однако картины Самарина непостижимым образом останавливают и завораживают людей независимо от их возраста, заставляют вглядеться, погрузиться в раздумье. Потому что они не только о прошлом, но и о настоящем и будущем, и держать их в заточении в музейных фондах – кощунство. В картинах Самарина живёт та правда, без которой великая нация существовать не может, она просто распадётся и исчезнет. Подчас горькая и тяжёлая, но великая правда эта существовать будет вечно. Вместе с ней будут вечно жить картины художника.

Михаил Исаковский: Путь длиной в 110 лет
Не только в Букингемском дворце…

Rambler's Top100